Автор
В элегантной готической атмосфере тридцать первого тома Тринадцатого шифра, главный герой сталкивается с загадочными алхимиками и вынужден решать сложные загадки для самопreservation. Страшная история о жизни в отчизне, где каждое слово может быть последним, перед тем как мир исчезнет навсегда....
Похоже, «Тринадцатый VI (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я забрал его источник полностью. Но даже у простолюдинов есть крохи магии, из которых создаётся сама жизнь. Ведь что жизнь, что смерть — тоже в каком-то роде магия. Со своими тонкостями. Тогда я об этом не знал. Но когда у нас начались основы алхимии, многое встало на свои места.
Всё же, надо уметь признавать свои ошибки. И теперь я наверняка знал, как полноценно использовать самую тёмную сторону своего дара.
И забрал источник предателя. Но не полностью. Оставил в его груди искру, которой должно было хватить на поддержание жизни.
— Ты не достоин быть магом, — сказал я, убирая руку, и поднялся.
Парень задрожал, схватился за грудь и завопил:
— Что ты натворил, урод? Что?
Да он едва на плач не перешёл. Но дело было сделано, и мне было не до его страданий. Так он больше никогда никого не предаст. Да и какой толк от таких магов, когда они вместо убийства регатов подставляют своих же коллег.
— Иван Фёдорович, предлагаю вернуться к охоте! — задорно сказал я ошарашенному куратору.
— Ах, да, — куратор быстро собрался.
Мы пошли вперёд, минуя выжженные следы на земле. Постепенно снег таял. Но работающие у купола водные маги выкачивали воду, что ручейками лилась прямо к ним. Поэтому мы не застряли в грязи после вспышек от смертей монстров, а ровно пошли дальше.
— Иван Фёдорович, вы заметили, чтоЗубастик только что убил регата, а вспышки не было? — спросил я.
— Да… Давно вспышек не было.
Мы внимательно посмотрели за следующим сражением питомца со стороны.
Он был по-настоящему счастлив от переполняемой его энергии. Также как и я.
— Это невозможно, — Иван Фёдорович не верил своим глазам.
— В мире магии всё возможно, — спокойно ответил я.
— Да, и очень странно.
— Ничего странного. Особенному магу особенный питомец. Вы ещё увидите, Зубастик и не на такое способен.
— Да мне уже страшно…
Иван Фёдорович ещё хорошо держался по сравнению с убегающими магами.
Но стоило куратору признаться, как внутри купола разнёсся оглушительный рёв! Громче любой сирены.
Я рефлекторно прикрыл уши.
