Автор
В сердце темной ночи ярким лучом сверкала магия. Мощь заклинаний росла с каждым ударом, и в глазах противника загорались ужас и отчаяние. Тринадцатый бой начался, и каждый дыхание казалось весомее, чем предыдущие. В этой битве жизнь не была ничем сверхъестественным — она становилась последней ступенью на пути к полному владению волшебством....
А на заднем сидении сидел Медведев. Обоим мужчинам я доверял, поэтому подробно рассказ о случившемся внутри монолита и о планах Пожирателя душ.
Медведев сидел с выпученными глазами, и я впервые видел его удивлённым. А вот Иван Фёдорович с задумчивым видом продолжал смотреть на дорогу.
— Алексей Дмитриевич, я бы хотел вам признаться, — внезапно начал Медведев."
"— В чём? — спокойно спросил я.
Предатели себя так не ведут, так что я ожидал чего угодно, но только не этого.
— Сперва я думал, что вы лишь очередной мажор, который получил власть и отказывается со всеми считаться.
— И что изменилось?
— Вы спасли детей рода, который изначально был вражеским…
— Это не важно. Теперь они мои вассалы. Я должен их оберегать. Тем более, детей!
— И я не ожидал, что вы мыслите подобным образом. Был удивлён, когда понял, что вас интересуют отнюдь не деньги и власть, — в голосе Медведева слышалось уважение.
— Фёдор Борисович, поступи я иначе, и нас бы всех поработили в самое ближайшее время, — объяснил я.
— И я готов всеми силами помогать вам, чтобы этого не случилось!
— Спасибо!
Я был искренен. Потому что такие верные люди на дороге не валяются.
Домой мы вернулись уже ближе к ночи. Причём Зубастик прилетел значительно раньше и уже спал в своей пристройке. Он бы и на улице остался, но новый снег ещё не выпал, и сейчас двор покрывала промёрзлая земля. Но это не мешало Марсу и Булочке пинать лапами мяч.
Перед тем как вернуться в свои покои, я проведал Диану.
Вернувшись к себе, я принял душ и уже хотел лечь спать, как заметил парящий призрак Лизы.
— Телевизор для призраков работает в гостиной, нечего тут слоняться, — сказал я ей и забрался под одеяло.
— Да я ждала, пока ты выйдешь.
— Даже удивительно, что ты не в душевой проявилась, — усмехнулся я.
— Серьёзно.
Это не считая более дальних родственников, которые особой ценности в политическом плане не представляли.
— Лиз, я не мог поступить иначе, сама знаешь. А теперь, я хочу спать.
— Подожди. Я должна ещё кое-что сказать.
— Ну?
— Когда появился тот регат… эм, я его не увидела, но почувствовала кое-что странное. Смещение энергетических потоков.
