В королевстве все изменилось после второго воскрешения мага. Корона перестала казаться символом могущества, и король Вячеслав пытается справиться с новой реальностью. Каждый шаг теперь подвергается сомнению, и даже реликвия теряет свой смысл.
Пётр Александрович перешёл на составные заклинания, которые он отрабатывал вместе со мной для экзамена на магистра. Пока у него получалось через раз. Но я продолжал впитывать заклинания, не атакуя.
Так прошло минут двадцать. Но у мастера всё равно оставалось достаточно маны. Источник не исчерпал себя даже наполовину. Это прекрасно чувствовалось в изменении тепла, что исходило от его тела. А опытные маги могут улавливать такие колебания и на расстоянии.
— Пётр Александрович, а попробуйте без заклинаний! — предложил я.
— Но не факт, что такое количество разрозненной маны вы сможете поглотить!
— Смогу, — твёрдо ответил я.
Мастер выставил вперёд руки, и в меня направилось два луча яркого света. Как мастер и сказал, мана эта была разрозненной, и поглощать её было крайне тяжело.
Я весь напрягся, пока мои магические каналы впитывали энергию. А кожу жгло. Благо, что огнеупорный костюм не горел, обычная одежда давно обратилась бы пеплом.
И то, я не мог впитать всю ману, что сейчас летела в меня. И её часть уходила за мою спину, в артефакт-преобразователь, спрятанный в стене.
Это продолжалось минут пять, пока Пётр Александрович не выдохся, и не упал на колени.
— Будем засчитывать этот бой? — засомневался член комиссии со шрамированной рукой.
— Правила не нарушены. Скорее, это наша ошибка, а не мастера Алексея. Не следовало рассматривать в качестве противников его же учителей, — ответила женщина, единственная в группе.
— Согласен, — кивнул Родион Константинович. — Условия выполнены. Победа и опустошение противника.
— Но Пётр Александрович поддавался, — продолжал сомневаться первый.
— По закону мы не можем не засчитать победу. У Алексея будет возможность показать реальное мастерство с двумя другими противниками.
— Хм, допустим. В таком случае все недостатки техники Алексея Дмитриевича вскроются там. Но если сомнения останутся, мы можем увеличить количество поединков до пяти. Князь, вы согласны с таким решением?
— Да, — кивнул я.
Кожа продолжала болеть от ожогов. А Пётр Александрович уже уковылял к целителю.
— Тогда встречайте второго противника!
В зал зашёл незнакомый мне парень. Судя по форме, раньше он учился в московском университете магии на факультете для видящих. И сейчас пришёл в этой одежде, только чтобы козырять своим положением.
Он представился и усмехнулся. А я ответил оскалом. Парень дрогнул.
— Начинай, — велел я.
