В глубоких подземельях, где свет отражается тысячью каменных стен, стрелы проникают словно сквозь густой пар. Костя и Диана держатся за руки, когда один из них падает. Ты энергично работаешь над куполом, уплотняя его силой волшебства. Если разорвется защита — все мы конец. Стрелы оставляют след как будто бы в воздухе, а не в камне. И ты не можешь позволить себе расслабиться, ведь стены могут проникнуть даже через усиленное тело....
Но за этой улыбкой я прекрасно видел, как нелегко далось ему поражение…
Под шутливые разговоры мы поднялись наверх, а затем я со спокойной совестью вернулся в свою спальню.
— А я тебя заждалась, — улыбнулась мне Диана. — Удивляюсь, как у тебя хватает сил справляться со всем происходящим.
— У тебя тоже немало работы.
— Пока это лишь бумажная волокита. Кстати, Вячеслав с дедом хотят перебраться в Москву в наше отремонтированное поместье.
— Даже удивительно, что этот старик не попадается мне на глаза.
— Ему хватило позора на дуэли.
— Пускай занимается, пока не лезет к императорской семье.
Наблюдатели за всё время не заметили больше никаких странностей за прадедом Дианы, поэтому я буду только рад отправить его из моего дома.
— Раз ты не против, передам брату. Он никак не мог до тебя дозвониться.
— Так всегда. Всем что-то надо, когда я недоступен, — усмехнулся я и повесил пиджак на спинку стула.
— Скоро к тебе выстроится такая очередь, что, даже проводя весь день во дворце, не будешь успевать всем ответить.
— Для этого и придуманы совет и правительство.
Диана слегка улыбнулась, а затем отвела взгляд к окну. Словно весь этот разговор был лишь отвлечением внимания. Она хотела что-то мне сказать, но никак не могла решиться.
— Ты что-то скрываешь, — я не спрашивал, а утверждал.
— Нет, — она улыбнулась, но и это не смогло меня провести.
— Тебе меня не обмануть. Говори, — настоял я, смотря прямо в глаза девушке.
В самом деле, не вытаскивать же из неё клещами…
— Я боюсь, что после того, как ты узнаешь… то разведёшься со мной.
Я насторожился. Но не зная правды, ничего обещать не мог. Есть вещи, которые нельзя простить…
— Диана, к чему этот спектакль?
Она присела на диван и подняла на меня взгляд влажных глаз. И дрожащим голосом ответила…
Глава 22"
"— У нашего ребёнка не будет магии. А раз первенец без магии, то и остальные будут такие же… Знаю, что ты забрал дар у своего племянника. По такой же логике ты сможешь одарить им любого.
А для трёх главных семей Российской империи это было очень важным фактором… Это статус семьи и ребёнка.
Но почему тогда мне всё равно? Потому что времена сильно изменились.
— Это не имеет значения. Сейчас, уже не имеет, — я слегка улыбнулся, успокаивая Диану.
Судя по резкой перемене настроения, у неё начали шалить гормоны, и я не мог её в этом винить.
