В глубоких подземельях, где свет отражается тысячью каменных стен, стрелы проникают словно сквозь густой пар. Костя и Диана держатся за руки, когда один из них падает. Ты энергично работаешь над куполом, уплотняя его силой волшебства. Если разорвется защита — все мы конец. Стрелы оставляют след как будто бы в воздухе, а не в камне. И ты не можешь позволить себе расслабиться, ведь стены могут проникнуть даже через усиленное тело....
Вон можешь первые ряды вражеской армии перенести куда-нибудь подальше, например, в Южно-Китайское море, — велел я.
— Эм… А это где?
Достав телефон, я показал на карте моря вблизи Китая, куда и следует отправлять наших противников.
— Понял, — кивнул Гарн и взял в руки один из кристаллов.
Мы открыли окна смотровой, и ещё двое военных, включая самого полковника, встали с винтовками наготове, чтобы сразу открыть огонь.
— Расступитесь, мне нужно пространство для начертания, — попросил Гарн, и все мы отошли к входу, чтобы оттуда внимательно наблюдать за процессом.
Одной рукой Гарн впитывал ману из камня, другой чертил руну. Вернее, его магия была похожа на нашу, но магические нити складывались не в плетения, а в руны. И пока Гарн приноравливался, можно было рассмотреть, как он колдует. Обычно же это выглядит скорее, как взмах рукой.
— Готово! — сказал Гарн, и руна рядом с ним начала кружиться вокруг своего создателя.
Мы подошли к окну. Прямо сейчас над головами китайцев возник портал и опустился, перенося двадцать человек в море.
— Отлично! А сможешь так убрать вон того гиганта? — указал я на светящееся существо.
Гарн снова принялся колдовать, и на этот раз портал вышел в два раза больше предыдущего.
Но только он начал опускаться на существо, как энергия внутри прохода дестабилизировалась. Портал развеялся, не успев даже коснуться головы гиганта.
— С этим не получится, — помотал головой Гарн.
— Тогда переноси людей. Кристаллами я тебя обеспечу, — сказал я краснокожему и посмотрел на Смирнова.
Полковник кивнул и велел своим людям принести ещё кристаллов-накопителей. А если не хватит, велел их из машин доставать.
Я же на миг прикрыл глаза. Зубастик, где же ты?
Чувствую его спокойствие. Он лежит на дне водоёма, и ему так приятно в прохладной воде. Но всё хорошее рано или поздно заканчивается.
— Проснись и лети ко мне! Хватит прохлаждаться, — отдал я мысленный приказ.
Как только я вернулся в Красноармейск, наша связь восстановилась, и питомец сразу услышал меня.
Зубастик вцепился когтями в стену неподалёку от вышки, и я вышел к нему. Он наклонился и опустил крыло, помогая мне забраться. Крылья были усеяны шипами, и с их помощью я легко добрался до спины регата и уселся. Огнеупорная верёвка была на месте, и руки обхватили её.
— Взлетай! — громко приказал я, и лапы монстра оторвались от стены.
Мы полетели навстречу вражеской армии.
