В глубоких подземельях, где свет отражается тысячью каменных стен, стрелы проникают словно сквозь густой пар. Костя и Диана держатся за руки, когда один из них падает. Ты энергично работаешь над куполом, уплотняя его силой волшебства. Если разорвется защита — все мы конец. Стрелы оставляют след как будто бы в воздухе, а не в камне. И ты не можешь позволить себе расслабиться, ведь стены могут проникнуть даже через усиленное тело....
Сперва опустошил полулитровую бутылку воды, а потом пачку виноградного сока.
— Еда осталась? — спросил я у Риты."
"— Да, сейчас, — она открыла заднюю дверь машины и достала контейнер с бутербродами. — Это свежие, военные пару часов назад привезли.
С едой я разделался быстро, а затем влил в себя ещё литр воды.
— Полегче? — поинтересовалась Рита.
— Да, — выдохнул я. — Можем ехать обратно.
Она кивнула и заняла место водителя. Гарн же размялся и присел на заднее сидение. Я разместился рядом с Ритой, и когда машина уже отъехала, спросил:
— Что говорят в глобале по поводу произошедшего?
— Ну, сперва маги земли отметили исчезнувшую сейсмоактивность.
— В большинстве? — переспросил я.
— Как мне передали, ты перестарался на двенадцать человек, — хмыкнула Рита.
— Ничего страшного.
Рита на это не ответила. Понятно, что ей не нравился такой расклад, но всё происходящее было необходимо, и с этим не поспорить.
Но ближе к Сиднею, она всё же полюбопытствовала:
— А куда делись все те источники, что ты забрал?
— Они со мной, — ответил я.
— Но… разве их не нужно уничтожить окончательно?
— Тогда надо уничтожить меня, — ухмыльнулся я, а сам всю дорогу раздумывал, куда же деть такую прорву маны.
Ведь от неё нужно избавиться, только тогда от моей задумки будет толк. Но главное правило носителя первоисточника гласит, что я должен делиться даром, а иначе эта энергия убьёт меня самого. И как сделать иначе, пока ответа не нашёл.
После въезда в город нас встретила колонна военных машин, и в их сопровождении мы выдвинулись к отелю. Митингующих с плакатами были настолько много, что только военные заставили их расступиться. А вот в холле самого отеля было тихо и спокойно.
— Алексей Дмитриевич, — поприветствовал меня правитель Африки. — Вижу, что всё прошло более-менее успешно, — он позволил себе лёгкую улыбку.
Кроме нас и его охраны, стоявшей у дверей в отель, здесь более никого не было.
И снова эта фраза «более-менее», хоть и на английском… Не нравится мне это.
