Рассказы о мемуарах Юдину на руку. Следствие в первую очередь примет во внимание профессиональную деятельность его супруги, а тут еще фокус с разоблачениями. Кстати, алиби у Юдина есть?
— Проверим. Ну вот, примерный перечень мероприятий я успел набросать. Как тебе?
— На душе паршиво, а так ничего, — честно ответила я.
— Душа — это из области непознанного, а я материалист. Ну так что, берешь меня в компаньоны? — Светлые глаза смотрели с насмешкой, а я пребывала в легкой растерянности. Следовало послать его к черту, да и самой никуда не лезть. Мало родителям переживаний… Берсеньев — редкая сволочь, с которым в разведку только дурак пойдет. И то, что он мне тут наговорил… должна быть причина.
— Скажи, зачем тебе это нужно?
— Ты уже задавала этот вопрос, и я на него ответил.
— Скучающий бизнесмен, которому нечем заняться?
Берсеньев закатил глаза, а потом заявил с самой серьезной миной:
— На самом деле я влюблен в твою сестру и мне не нравится, что в нее стреляли.
Через полчаса мы вместе покинули клуб, все это время Берсеньев делился своими светлыми мыслями по поводу расследования. Я оказалась благодарным слушателем, что он оценил.
— У Юдиной была подруга, Ольга, кажется. Как-то раз я встретил их в кафе. Подруги любят поболтать о своих проблемах, вдруг покойная не исключение?
— И где искать эту подругу? — спросила я, скорее из желания слегка досадить.
— Это я беру на себя, — великодушно сообщил он. — Ты где оставила машину?
— Я приехала на такси.
— Тогда садись, отвезу тебя домой.
— Садись, — повторил он. — Мы теперь партнеры, значит, довольно много времени будем проводить вместе. Так что привыкай.
Решив, что спорить глупо, я устроилась на переднем сиденье рядом с Берсеньевым.
— Насчет Агаты ты правду сказал? — помолчав немного, спросила я.
— Конечно. С какой стати мне врать?
— Кто знает, что ты затеял.
— Что за недоверие? — хмыкнул Берсеньев. — У меня тоже есть вопрос… личного характера. Судя по тому, что ты одна по городу болтаешься, хеппи-энда со Стасом не вышло?
— Потрясающие дедуктивные способности, — съязвила я.
— Значит, мой совет не пошел на пользу?
— Много вас, советчиков.
— Ты ж его любишь или уже не очень?
— Скажи на милость, с какой стати мне обсуждать все это с тобой?
— Я испытываю к тебе слабость, — засмеялся Берсеньев. — Такой ответ устроит?
— Меня устроит, если ты заткнешься, — вяло ответила я.
— Да ради бога… — Берсеньев замолчал, а я уставилась в окно с невеселыми мыслями.
