Утро еще не наступило, когда стена, едва видимая вчера вечером, закрыла треть неба. В ней зияли страшные проломы, груды битого камня перегораживали старую дорогу, но в обход были проложены новые. Вдоль стены угадывался земляной вал, теперь сглаженный дождями и ветром. На синем небе страшно темнели четырехугольные башни, опаленные пожаром такой мощи, что следы оставались, будто пожар был вчера.
Олег ехал, сжатый в тугой комок нервов. Голову втягивал в плечи, старался занимать на земле как можно меньше места.
– Какой-то ты весь свернутый, – сказал Мрак с неудовольствием. – Скукожился! Какой от тебя толк, зазипованного да аржеванного? Раскройся, иначе и не поймешь, что ты есть. Так, одни догадки…
Таргитай заступился за мудрого спутника:
– Зато какие!
Олег затравленно оглянулся. Дударю вольно зубы скалить, ему дальше своего носа видеть – мука. Такому острить – что два пальца обрызгать: ум и острословие редко идут ноздря в ноздрю.
Когда рассвело, Таргитай и Олег увидели, как на телегах везут груды битой птицы, целые горы убитых оленей. Воздух дрожал от рева скота: его гнали к городу со всех сторон света. Часто проносились всадники, кричали злыми сорванными голосами.
Невры ехали, касаясь друг друга конскими боками. Их стадо приближалось к огромным грубым камням, выкатившимся далеко на дорогу. Коровы тревожно мычали, шарахались. Мрак и Олег ехали по краям стада. Таргитай подгонял отставших, в голове вертелась неотвязная мысль: какие существа построили такое? Непростые, очень непростые люди, если они были людьми, дрались на этих стенах!
Мрак гнал коров, но глаза его тоже были на крепостной стене. Непростые люди, если это люди, прочел Таргитай на его лице, разрушили эти стены. Как схлестнуться с такими?
Когда первые коровы миновали груды камней, впереди из пролома вышли двое стражей. Один заорал зычным голосом:
– Эй, кто такие?
Оба были рослые, широкие в кости, в руках держали длинные копья. Глаза прятались под опущенными с железных шапок забралами, грудь и плечи укрывали бронзовые пластины.
– Скот пригнали, – ответил Мрак. – Всем надо есть, верно?
Из пролома выскочили еще стражи. Без копий, налегке, быстро осмотрели передних коров, особенно всматривались в непонятные знаки, выжженные каленым железом на ляжках коров. Старший выслушал, бросил неврам хмуро:
– Можете гнать… Только надо было через большие ворота, дурни! Самим же хуже, отсюда дольше…
Быки уже прошли через пролом, страж безнадежно махнул рукой. Остальные отступили за стены, вскарабкались выше – быки шли тесно, обдирали бока, ярились от давки и искали налитыми кровью глазами врага.