Он сказал громче:
– Если я еще раз вылезу из-под одеяла, довольно вшивого, надо сказать, все выпорхнете в окно вслед за первым!
В коридоре стихло. Шаги удалились, Мрак снова заснул. Снилось ему на удивление мирное, словно был Таргитаем или даже Олегом: бабы… овцы… книги…
Утром, когда вымылся и оделся, на улице перед постоялым двором собралась, как ему показалось, половина Города. Все смотрели только на него. На каменных плитах двора было чисто. Только в щелях земля потемнела, впитав воду, да приняла коричневый оттенок замытой крови.
Хозяин постоялого двора подошел угрюмый и злой:
– У меня не часто разбивают окна. Придется заплатить еще и за ремонт.
– Мне? – удивился Мрак. – Я к твоему окну и пальцем не притронулся!
– А как же…
– Какой-то дурак прошел через мою комнату и вылез в окно. Которому ты дал ключ от моей комнаты. А что за обычай на твоем постоялом дворе давать ключи от чужих комнат?
Он говорил громко, видел заинтересованные лица. Хозяин съежился, сказал торопливо:
– Да-да, случилось какое-то недоразумение… Я сам все исправлю.
А Мрак повернулся к толпе и сказал громко:
– Кто-нибудь знает, где я могу найти вора, который побывал у меня в комнате и спер пояс?
Все исчезли с такой скоростью, словно были призраками. Только что стояли, щелкали хлебалами, глаза блестят, на рожах интерес такой, что хоть карманы всем повыверни, но едва произнес эти слова, как вся улица опустела.
Нахмурившись, он пошел прямо посредине, высматривая, вслушиваясь. Видя высокую фигуру в одежде из звериной шкуры, всадники, что неслись посреди улицы и хлестали плетьми всех, кто не успевал шарахнуться с дороги, поспешно прижали коней к стенам, проехали, обдирая о камень колени, но и потом их глаза оставались встревоженными. У чужака лицо спокойное, но из темных, как вода в лесных озерах, глаз смотрит смерть.
Он увидел то, что высматривал. Молодой парень вынырнул из толпы, остановился, глядя на Мрака. И постоял ровно столько, чтобы тупой варвар заметил и узнал пояс.
Первое движение Мрака было даже не орать: «Держи, лови, хватай», – народ здесь себе не поможет, в соплях путается, три пальца не сочтет, – а обернуться волком и в три прыжка догнать и сомкнуть челюсти на тонкой хрупкой шее.
Парень медленно пошел по другой стороне улицы, держа глаз на варваре. Мрак двинулся к нему, но как только ускорил шаг, вор прибавил ходу. Все понятно, куда-то заманивает. Для того и пояс украден… Хотя того, кто украл, сейчас уже закопали, если здесь закапывают, а не распинают на столбах, но тот, второй, что подобрал пояс из руки убитого, жаждет увидеть его не на улице…"
"– Давно не слышал о тебе, Агимас, – пробормотал Мрак. Холодок скользнул между лопаток, словно острие ножа уже коснулось кожи. Одноглазый враг следует за ними по пятам.