В глухом лесу по древнему закону изгоняют тех, кто не желает работать. Волхв Олег и охотник Таргитай отправляются в неизвестность, но вскоре обнаруживают, что безделье — это только начало их приключений. Им предстоит найти своё место в мире, полном магии, опасностей и неожиданных открытий.
Раздел Chitat.online для книги «Трое из Леса. Первая трилогия» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В глухом лесу по древнему закону изгоняют тех, кто не желает работать. Волхв Олег и охотник Таргитай отправляются в неизвестность, но вскоре обнаруживают, что безделье — это только начало их приключений. Им предстоит найти своё место в мире, полном магии, опасностей и неожиданных открытий.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Юрий Никитин Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
В глухом лесу по древнему закону изгоняют тех, кто не желает работать. Волхв Олег и охотник Таргитай отправляются в неизвестность, но вскоре обнаруживают, что безделье — это только начало их приключений. Им предстоит найти своё место в мире, полном магии, опасностей и неожиданных открытий.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Мрак, едва помня себя от злости, с силой оттолкнулся, прыгнул, под подошвами протестующе скрипнуло. Пихнулся еще, перескочил на другую спину, но Олег уже проскочил, не догнать.
Услышал ли волхв или блистающий свет заставил поднять голову, но ахнул, тут же скатился со своего зверя. Когтистые лапы пробежали по нему, Олег выполз помятый, в длинных кровоточащих царапинах.
Сильная рука ухватила, выволокла. Сколько раз уже выволакивала, злой голос прогремел:
– Нашел где спать! Мало одного Таргитая?!
Олег прикрывал ладонями глаза, осматривался в страхе, дергаясь и вздрагивая. Они оказались на ровном блистающем поле, похожем на ледяное, слева поднималась стена Прадуба, но муравьи дружно неслись, не сбавляя скорости. Синий лед гремел под жесткими когтями.
– Что-то пусто в этом вирии, – сказал Мрак хрипло. – Что собака из кузни сопрет? А муравьи, вишь, что-то находят.
– Отойдем малость, – предложил Олег, тяжело дыша. – Ты зайди с той стороны… нет, лучше я зайду, будем Таргитая вылавливать с двух сторон.
– Голова, – похвалил Мрак.
Олег умело перебежал на ту сторону смертоносного потока.
Не так лихо и быстро, как Мрак, но сосредоточенно и без малейшего страха. Волхв, узнав ранее незнаемое, переставал бояться, Мрак за ним это заметил.
Таргитай вынырнул в середине потока. В руках была дудочка, сидел на загривке крупного чудовища, пальцы вяло ползали по дырочкам. Дурень играл, просто не видя смертельной опасности.
– Таргитай! – заорали оба в один голос.
Таргитай прищурился от яркого света, узнал, радостно кивнул, но дудочку от губ не убрал. Будто сидит на завалинке, а не на шее свирепого зверя!
– Слезай, дурень!
На румяном лице появилось выражение крайнего недоумения. Мрак подумал даже, видит ли дурак их, или же перед внутренним взором проплывают сладкие грезы, зрит волшебные замки и себя – умного, красивого, находчивого?
Таргитай даже приглашающе взмахнул рукой – мол, пора снова на этих чернопанцирников. Хоть и пахнут кислыми щами, но везут!
Мрак и Олег метнулись одновременно. Их толкали, сбивали с ног. Олег ухитрился пробежать поверху, оба схватили ошеломленного Таргитая, выволокли в сторону. Упали, тяжело дыша. Совсем рядом неслась гремящая река тяжелых черных тел, острые и твердые, как алмазы, когти высекали искры.
Таргитай выдрался из их рук.
– С ума сошли?.. Надо спешить!
Мрак сжал кулак, на скулах вздулись рифленые желваки.
– Это тебе, беговой улитке?! Разуй глаза! Тебя, дурня, куда перли?
Таргитай непонимающе огляделся. Синие глаза медленно распахнулись.
– А где наше Дерево?.. А, мы уже слезли. А куда мы слезли?
Мрак смотрел на дударя со злым восхищением. Таргитай торопливо прятал сопилку, не мог засунуть за пазуху, смотрел уже виновато и заискивающе.
