В глухом лесу по древнему закону изгоняют тех, кто не желает работать. Волхв Олег и охотник Таргитай отправляются в неизвестность, но вскоре обнаруживают, что безделье — это только начало их приключений. Им предстоит найти своё место в мире, полном магии, опасностей и неожиданных открытий.
Раздел Chitat.online для книги «Трое из Леса. Первая трилогия» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В глухом лесу по древнему закону изгоняют тех, кто не желает работать. Волхв Олег и охотник Таргитай отправляются в неизвестность, но вскоре обнаруживают, что безделье — это только начало их приключений. Им предстоит найти своё место в мире, полном магии, опасностей и неожиданных открытий.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Юрий Никитин Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
В глухом лесу по древнему закону изгоняют тех, кто не желает работать. Волхв Олег и охотник Таргитай отправляются в неизвестность, но вскоре обнаруживают, что безделье — это только начало их приключений. Им предстоит найти своё место в мире, полном магии, опасностей и неожиданных открытий.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Належится в могиле!
– Здорово, – сказал он с фальшивым воодушевлением. – Не лед, уже не поскользнешься. Только вот жаб нету.
– Ты ж говорил, – напомнил Олег мстительно, – что жабы даже в вирии скачут.
– Так то в вирии… Хотя жабы должны быть и здесь. Иначе какой подземный мир?
– Это муравьи везде, – возразил Олег. – Знаешь, какие глубокие норы роют? А жабы… могут быть, а могут и не быть. Про жаб в старых книгах не сказано.
Язык отвечал сам по себе, а он едва живой пробирался через заросли болотных растений, злился на доморощенного богослова. Нашел, когда затеять диспут об устройстве мира! А тут захлебываешься грязью, за ноги что-то хватает, в сапоги за голенище влезло нечто скользкое, юркое, кочки разламываются, ряска рвется, впереди в грязно-сером тумане то и дело прячется широкая спина Мрака, лишь сумрачно поблескивает в перевязи огромная секира…
Мрак брел все медленнее, Таргитай на широкой спине обвис, руки болтались. Дыхание вырывалось из широкой груди оборотня с хрипами. Олег хотел взять Таргитая, оборотень расстался лишь с мешком и перевязью с секирой. Олег сочувствующе сопел: Мрак с секирой раньше не расставался. Явно идет из последних сил.
– Мрак… это мара в глазах или впереди люди?
– В болоте? – не поверил Мрак. Подумал, сказал неожиданно рассудительно: – Хотя, ежели подумать, то, обжившись, и здесь можно. Люди везде живут. Ежели такие непривередливые, как я.
– Мы с Таргитаем видели, как живут наши пращуры.
Впереди в разрывах тумана проглядывали шаткие строения из жердей. Одни торчали прямо из воды, другие чуть приподнялись над затхлой водой. По мере того как невры настороженно приближались, из тумана проступали сцепленные в одну линию выворотни, облепленные грязью, переплетенные длинными болотными травами. На вздыбленных корнях сохла ряска, белели кости рыб и жаб."
"За этой оградой вода была чище, хотя от гадостного запаха уже звенело в ушах. Выворотни окружали сооружения из жердей кольцом, на иных были воткнуты колья с черепами.
– Дрягва, – процедил Мрак.
– Откуда ведаешь?
– Разве не видно? Только они могут отвоевать у болота что-то для себя.
Олег ахнул:
– Так они ж молодцы!
Он видел по злым глазам оборотня, что тот вот-вот напомнит об их первой встрече с дряговичами, но Мрак лишь крепче стиснул губы. Это было ново для Мрака, и Олег подумал удивленно, что оборотень тоже меняется, становится терпимее. Признает, хоть и нехотя, что дрягва может такое, что не под силу ни полянам, ни даже им, троим из Леса.
Мрак тут же нарушил мысли волхва:
– Разве ж люди станут тут жить? Да лучше удавиться. А жабам да дрягве, что тоже жабы, только противнее, в самый раз.
– И все-таки живут, – сказал Олег негромко.
