В глухом лесу по древнему закону изгоняют тех, кто не желает работать. Волхв Олег и охотник Таргитай отправляются в неизвестность, но вскоре обнаруживают, что безделье — это только начало их приключений. Им предстоит найти своё место в мире, полном магии, опасностей и неожиданных открытий.
Раздел Chitat.online для книги «Трое из Леса. Первая трилогия» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В глухом лесу по древнему закону изгоняют тех, кто не желает работать. Волхв Олег и охотник Таргитай отправляются в неизвестность, но вскоре обнаруживают, что безделье — это только начало их приключений. Им предстоит найти своё место в мире, полном магии, опасностей и неожиданных открытий.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Юрий Никитин Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
В глухом лесу по древнему закону изгоняют тех, кто не желает работать. Волхв Олег и охотник Таргитай отправляются в неизвестность, но вскоре обнаруживают, что безделье — это только начало их приключений. Им предстоит найти своё место в мире, полном магии, опасностей и неожиданных открытий.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Значит, против них встали и самые древние? Из тех времен, когда земля была совсем не такая, как сейчас!
Восставшие из праха не задерживались, сразу шли на запад. Страшно было видеть безмолвное колышущееся море блестящих черепов. Войско Ящера двигалось медленно, но ни один не запнулся, не свернул в сторону, не остановился. Немыслимое войско пугало своим единством больше, чем числом воинов.
– Этих не пугнешь, – определил Мрак. – Не побегут, не отступят… Это ж все одно, что сражаться с живыми камнями!
– Мы бывали под лавинами, – напомнил Олег. – Правда, и сами отступали.
Ни один не попытался подняться на вершинку холма. Мрак проворчал ревниво:
– Гнушаются… Что им трое! Под ними земля стонет.
– А ты вроде обижен.
– Я ж говорил: мне драться расхотелось.
– Ой ли? Ну а я никогда не хотел.
– И я, – сказал Таргитай грустно.
– Идут рушить мир, – определил Олег горько. – Сколько же их?
Олег грянулся оземь, почти сразу кожистые крылья уродливой птицы смяли воздух. Он подпрыгнул, забил крыльями чаще. Волна гадкого воздуха ударила в лица, но через мгновение мохнатая тварь была уже высоко в небе.
– Быстро, – определил Мрак. – А как сперва сопли жевал!
– Олег уже храбрый, – заступился Таргитай.
– Сиди и жди, – велел Мрак.
Не сходя с места, грянулся о каменную землю, поднялся огромным черным волком. Таргитай вздрогнул: оборотень косился на него жутким желтым глазом. Верхняя губа приподнялась, острый клык блестел нехорошо.
Бесшумным прыжком волк оказался сразу за несколько саженей, а затем, ускоряя скачки, скрылся. Таргитай горестно вздохнул, чувствуя себя жалобным и брошенным. Никчема, ни в птаху не может, ни даже, как все люди, в волка.
А когда ему становилось горько, пальцы сами собой тянулись к дудочке.
Крылья вздымали с легкостью, мощно, земля быстро уходила. Странные чувства и хаотичные мысли суматошно метались в тесной голове. Ему приходилось напоминать себе, что он не птица или не только птица, а в первую очередь – человек. И не просто человек, а волхв, а это лучшие из людей. Правда, так говорят сами волхвы, но ведь говорят не зря! Не потому лучшие, что такие уж замечательные, просто остальной народ тупой либо драчливый, что еще хуже.
Я не просто волхв, напомнил себе, холодея. К несчастью, сильнейший. Не самый мудрый и умелый, а уже – сильнейший. А кому много дано, от того и ждут многого. А он только и умеет, что крылья растопыривать да горами трясти без надобности. Пока что его мощь приносила только беды…
Внизу по светло-серой земле словно струилась поземка. Лишь изредка зеленели верхушки холмов: отряды скелетов огибали холмы и горы.
Он поймал поток теплого воздуха, накрыл своими кожаными парусами. Его поднимало неслышно, чуть покачивая, сдвигая то к одному, то к другому краю.
