В глухом лесу по древнему закону изгоняют тех, кто не желает работать. Волхв Олег и охотник Таргитай отправляются в неизвестность, но вскоре обнаруживают, что безделье — это только начало их приключений. Им предстоит найти своё место в мире, полном магии, опасностей и неожиданных открытий.
Раздел Chitat.online для книги «Трое из Леса. Первая трилогия» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В глухом лесу по древнему закону изгоняют тех, кто не желает работать. Волхв Олег и охотник Таргитай отправляются в неизвестность, но вскоре обнаруживают, что безделье — это только начало их приключений. Им предстоит найти своё место в мире, полном магии, опасностей и неожиданных открытий.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Юрий Никитин Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
В глухом лесу по древнему закону изгоняют тех, кто не желает работать. Волхв Олег и охотник Таргитай отправляются в неизвестность, но вскоре обнаруживают, что безделье — это только начало их приключений. Им предстоит найти своё место в мире, полном магии, опасностей и неожиданных открытий.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но неизбежно дробится на племена, те начинают жить самостоятельно, тоже превращаются в народы… Всякий раз неуловимо и медленно меняются язык, обычаи, обряды, имена. На сегодня уже не осталось и следов того Первого Народа, который был сотворен Родом… Правда, говорят, где-то в лесах Гипербореи… но это только легенды. Да и никакой Гипербореи нет. Но все народы меняются по-разному и с разной скоростью.
Олег рухнул на колени, вскричал громко:
– Скажи! Скажи, сколько мы… проспали?
Рука Мрака упала на его плечо, но в ней жизни не было. Олег чувствовал, что оборотень даже не пытается ни поднять его, ни утешить. Такое утешить невозможно.
Раджа удивился:
– Сколько? Да несколько часов.
Олег раскрыл рот. Мрак икнул, пошатнулся. Волхв прошептал раздавленно:
– Не понимаю… А сколько эта ночь длилась? Тысячу лет или больше?
Раджа шевельнул кистью – советник угодливо выступил вперед, подхватил невров под руки. Стар он был, но силы хватило, чтобы буквально вытащить невров из дома.
На крыльце сказал терпеливо:"
"– Раджа не может объяснять такие очевидные вещи. Мы – самый быстроменяющийся народ. Еще днем мы были алазонами, верно. У меня другой подход, я не считаю, что надо стыдиться дикарского прошлого. Наоборот, тем виднее, как далеко мы ушли. Теперь мы – аласафы. С другими именами, взглядами на мир.
Все стойбище было заполнено работающим народом. Строили дома, рыли ямы, вбивали туда осмоленные бревна. Работали с упоением, как могут работать только без понуканий, на свое будущее.
Мрак ошеломленно оглядывался. Олег спросил напряженно:
– Я все равно ничего не понял… Но когда вы соберете войска? Войско Ящера уже рушит мир!
Советник развел руками, обхватывая дома и народ.
– Взгляни! Разве это народ воинов?
– Но Ящер…
– Мы против войн. Ими нельзя ничего решить. Таково мировоззрение нашего народа.
Олег ощутил, как сердце оборвалось.
– Но вчера мы договорились…
– Вы договаривались с алазонами.
– Но ваша кровь, ваши… Боги, но это же были вы!
Советник непреклонно качнул головой:
– Нет. То были алазоны. Глупое и воинственное племя. Грех так говорить о своих пращурах, но родню не выбирают. Нелепо, если бы у нас был тот же путь, как у них. У них в старину, говорят, почти все решалось войнами…
Мрак завопил, оттолкнул Олега:
– Какую старину?! Это было днем!!!
– Это было давно, – ответил советник непреклонно. Его старческий глаз начал наливаться кровью, угрожающе заблестел.
Мрак рявкнул так, что ближайшие аласафы бросили бревна и начали прислушиваться:
– А как же Жезл Мощи с его волшебным Алатырь-камнем? Вы же взяли в уплату за помощь?
Глаз советника стал багровым, вылезал из орбит. Лицо тоже побагровело, стало нехорошим.
– Его взяли алазоны.
