Продолжение эпической саги о трех героях, чей путь лежит от первобытных лесов в бескрайние космические просторы. Харизматичные персонажи сталкиваются с древними тайнами и магией в детально созданном славянском мире. Авторская философия переплетается с захватывающим сюжетом, предлагая...
Там могут быть и умнее нас! Там наверняка есть умнее нас. Роду сверху видно все, ты так и знай! Потому людей и не пригласил вовсе на раздачу пряников. Мы самые младшие, нам пока ничего не полагается.
Мрак слушал со снисходительным любопытством. А Таргитай, вернувшись с новой охапкой хвороста, сказал светлым мечтательным тоном:
– Старшие братья младших обижают, обижают, обижают… но потом пряники, принцессы и царства достаются младшему брату!
Он сказал так убежденно, верил, что Мрак в воспитательных целях тут же взмахом длани отправил бога снова за хворостом. Жизнь – не его сладкие песни, не мечтания ленивого, ее не слагают, лежа на печи, не лепят, как волхвы свои горшки, а куют в огне и крови.
– Ладно, – сказал он с отвращением. – Вроде бы ни топора, чтобы роняли друг другу на ноги, ни ножа, порезаться… Правда, в костер могете попадать… Ладно, авось сумеете выскочить в нужную сторону.
– А какая нужная? – спросил Таргитай простодушно. Увидел лицо Мрака, поспешил повернуться к волхву, тот любит говорить о своем высоком: – Олег, а к чему, если правая ладонь чешется?
– К деньгам, – буркнул Олег.
– А если левая?
– Битым будешь.
– Ух ты! А если чешется спина?
– Под дождь попадешь.
– Здорово. А если чешется нога…
Олег ответить не успел, Мрак рявкнул:
– Помылся бы, и все дела!
Таргитай виновато съежился:
– Да сколько можно? Три недели тому под дождем мылся.
Мрак оскалил зубы, на глазах превратился в волка, даже не пришлось грякаться оземь, дико посмотрел на горло Таргитая, облизнулся сладострастно, потом с великим усилием отвел взор, отряхнулся, словно выбивал остатки человечьего духа. Пасть была широка, там словно полыхал огонь, а обрамляли багровый страх белые ножи зубов."
"Изгои с холодком по коже наблюдали, как могучий зверь одним прыжком перемахнул костер, не все лесные звери страшатся огня, на той стороне поляны словно бы что-то шелестнуло, но все, что услышали, это медленно падающий листок с вершины дерева, что цеплялся за ветки, стараясь задержаться, медленно сползал по шершавой коре дерева, стукался черенком, шелестел по-осеннему влажно и оранжево.
Глава 8
Куча хвороста велика, не куча – гора, до утра хватит, и Таргитай, поколебавшись, вытащил дудочку. Олег поморщился, но лишь стиснул челюсти. Когда дударь занят своей палкой с дырками, тогда не ноет, что мрет с холоду, что слабый, что есть надо каждый день, не пробует подольститься, заводя разговоры о Высоком.
