Продолжение эпической саги о трех героях, чей путь лежит от первобытных лесов в бескрайние космические просторы. Харизматичные персонажи сталкиваются с древними тайнами и магией в детально созданном славянском мире. Авторская философия переплетается с захватывающим сюжетом, предлагая...
Раздел Chitat.online для книги «Трое из Леса. Вторая трилогия» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Продолжение эпической саги о трех героях, чей путь лежит от первобытных лесов в бескрайние космические просторы. Харизматичные персонажи сталкиваются с древними тайнами и магией в детально созданном славянском мире. Авторская философия переплетается с захватывающим сюжетом, предлагая...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Юрий Никитин Легкое чтение Фэнтези Русское фэнтези подборки серии
Продолжение эпической саги о трех героях, чей путь лежит от первобытных лесов в бескрайние космические просторы. Харизматичные персонажи сталкиваются с древними тайнами и магией в детально созданном славянском мире. Авторская философия переплетается с захватывающим сюжетом, предлагая...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Отныне будет проходить, и в том нерушимое слово тцаря Артании, где падет стрела куява, пущенная с дворцовой стены!
Угодник тяжело рухнул обратно на скамью. Додон скакнул, как насмерть пораженный зверь. Горный Волк захохотал громко и злорадно:
– Ну же, тцар! Натяни лук. Пусть стрела упадет тебе под ноги… Там же по стене и проведем черту. Ха-ха!.. Мне это нравится.
Неожиданно послышался голос с места казни:
– Ты же куяв, чему радуешься?
Горный Волк только сейчас рассмотрел и узнал двух измученных пленников в цепях. Лицо исказилось свирепой радостью:
– А, так вы еще живы?.. Тогда я сам вас посажу на колья. Да, я куяв, но теперь служу тцарю Артании. Он дал мне войско. Настоящее. Вы его увидите… ха-ха!.. с высоты, когда будете корчиться на кольях.
По его знаку воины соскочили с коней, бросились в пристройки. Через некоторое время бегом принесли лестницы. Все это время Додон с помощниками лишь бросали беспомощные взгляды на наглых пришельцев. Его телохранители частью рассеялись, лишь пятеро остались, лица их были полны решимости, а ладони сжимали рукояти мечей.
– Готовить колья! – распорядился Горный Волк.
Он с наслаждением ударил Мрака кулаком в лицо. Голова Мрака дернулась, но он устоял. Из разбитой губы брызнуло красным.
– Вот теперь я с тобой за все сочтусь.
Двумя ударами сшиб наземь, принялся бить ногами. Гонта закричал, видя, как огромный воин пинками буквально поднимает безжизненное тело Мрака в воздух, бросился, волоча на плечах повисших, как псы на туре, артанцев:
– Тварь!.. Пес!.. Я берусь пустить стрелу!
Горный Волк обернулся, еще раз пнул Мрака, снова обернулся. В глазах было бешенство зверя:
– Ты?.. Что ж, ежели тцар Куявии изволит!
Все взоры обратились к Додону. Тот слабо кивнул. Видя, что ждут голоса, прошептал:
– Да-да… Он – знатный стрелок.
Горный Волк захохотал, а Шулика сказал деловито:
– Что ж, тогда тащите его на стену. Пусть все зрят, где упадет стрела, чтобы потом не было нареканий. Слово властелина Артании твердо!
Гонту подхватили под руки. Рана на спине открылась, потекла алая струйка пополам с желтой сукровицей. Он запротестовал:
– Мне нужен Мрак. Только он умеет правильно подавать стрелы.
Мрак тяжело повернулся на земле, охнул от боли в боку. Сломанные ребра протыкали внутренности. С трудом поймал взгляд Гонты. Тот что-то хотел этим сказать, но на него смотрели как Горный Волк с его людьми, так и Додон с советниками, и трудно было сказать, от кого больше надо таиться.
Горный Волк снова пнул распростертое тело:
– Вставай, тварь. Ты проживешь на несколько мгновений дольше.
Мрак приподнялся, завалился лицом. Его подхватили, поставили на ноги. Кровь текла по губам, цепи тянули к земле, правый глаз распух, закрылся, и он мог смотреть только одним глазом.
