Автор
Иван Трегубов, следователь по особо важным делам, забыл о метели и сосредоточился на поисках своей сестры Софьи. Подснежники блуждают по улицам, скрывая их от глаз - где же они сейчас? В доме Трегубова всё тихо, как молчаливый покой, и это лишь подчеркивает необычность момента....
– Том, сейчас не время, послушай старика, город будоражит. Народ вооружился, а это не спроста. Все возбуждены и напуганы, а когда так, то стрельба может возникнуть по любому поводу. Вот скажи тебе это надо, после того как ты столько ждал?
– Нет. Но сколько уже можно и вот что я тут думаю…
– Что? – щелки глаз старика уставились на круглое и румяное лицо молодого партнёра.
– Не охота мне тащить эту стерву через всю страну, надо кормить, следить чтобы не сбежала, а она девка активная.
– Предлагаешь отвезти её в ящике?
–Так меньше мороки, что-то я устал уже от этого дела, – сказал Том.
– Устал он, – усмехнулся Эд, – такой молодой и устал.
– Так, что скажешь, Эд?
– Я то не против, только сдаётся мне, что ты не просто так спросил.
– Не просто так, – подтвердил Том.
– Дай угадаю, ты хочешь, чтобы девчонку кончил я? Не хочешь брать грех на себя, но хочешь извлечь из него выгоду.
– Ты же уже убивал женщин, сам говорил. Тебе какая разница.
– Какая разница?! Так то индианки были…Ладно, хорошо.
– Я займусь этим поляком, который вьётся вокруг неё. Не отдаст же он нам её просто так.
– Не отдаст, – согласился Эд.
– Значит договорились, Эд, девчонка на тебе, поляк на мне? – спросил Том.
– Значит договорились.
Гомстед, июнь 1892
Трегубов чувствовал тяжесть револьвера. Он оттягивал карман, кобуры у Ивана не было. Нужно было брать ружье, подумал он, посмотрев на друга. Михаил прислонил своё к стене дома и молча ждал, когда Джейн выйдет из дома.
Ладно Миша, он здесь живёт, это теперь была его страна и его девушка. А какой чёрт дернул его, Трегубова, схватить револьвер и выступить навстречу приключениям.
Интересный вопрос, на который не было однозначного ответа. Это было и желание поймать убийц Стрельцова, и помочь другу, и встать на сторону справедливости. Всё так. Но не было ли в этом некой доли авантюризма, в которой Иван боялся признаться самому себе.
Раздумья были прерваны появлением Джейн в штанах и куртке.
– А вы что думали, я отправлюсь в патруль, надев платье. Хорошо, что Мэтью был примерно одного со мною роста.
На боку девушки висела кобура из которой торчала рукоять револьвера. Оказалось, что она была более практична, чем московский следователь и когда выбирала револьвер уже знала, как будет его носить.
– Идём, почти рассвело, – проворчал Себастьян.
