Автор
Иван Трегубов, следователь по особо важным делам, забыл о метели и сосредоточился на поисках своей сестры Софьи. Подснежники блуждают по улицам, скрывая их от глаз - где же они сейчас? В доме Трегубова всё тихо, как молчаливый покой, и это лишь подчеркивает необычность момента....
Как раз перед тем как в него угодила ядовитая стрела, он успел мне рассказать, что в Англии есть такой город Лондон…
– Тоже мне новость, – фыркнул Том, – это столица Англии, каждый ребёнок знает про Лондон, там живёт королева.
– Том, – старик повернулся к спутнику, и злобно прищурил щелочки глаз, – ты меня не дослушал, это просто неуважение к старшим.
– Ну хорошо, Эд, прости. Что ты там хотел рассказать?
– Так вот, парень этот, незадолго до смерти, пусть он покоится с миром, сказал мне, что в Лондоне живет миллион человек.
– Миллион?! – воскликнул О'Лири. И ты поверил этой собачей брехне?!Не думал, что ты столь наивен, Эд.
– Я не наивен, этот парень знал, что говорит. Он до армии был матросом на торговом корабле и сам бывал в Лондоне. Говорил, что домов там видимо не видимо, а людей столько, что не протолкнуться на улице.
– Это невозможно, Эд, – покачал головой О'Лири. Не может столько людей уживаться в одном месте. В Санта-Фе живёт больше пяти тысяч, как говорят, и то люди постоянно постреливают друг в друга.
– Как, как! Мне по чём знать как! Давай займемся делом, нужно найти этого Майкла.
– Как же мы его здесь найдём? – оглянулся вокруг Том. Не думаю, что мы его найдём просто спрашивая каждого первого встречного.
– Надо подумать, а пока нам нужно подыскать недорогое место, где можно остановиться.
– Я предлагаю обойти бары, наверняка найдём кого-нибудь кто знает этого поляка.
Следующая неделя ушла на посещение балтиморских баров. Несмотря на возраст Эда, казалось, что алкоголь его совсем не берёт, а вот О'Лири переставал воспринимать окружающий мир очень быстро. Поэтому, когда как-то утром Эд заговорил с Томом о деле, тот ничего не помнил.
– Едем за город, посмотрим, что это за усадьба.
– Какая ещё усадьба? – спросил Том принимая сидячее положение на железной кровати в обшарпанной комнатушке, которую они сняли на двоих в портовой части города.
– Ты что ничего не помнишь, недоумок?! – повысил голос Эд.
– Тише, – поморщился Том, любые движения и колебания воздуха, усиливали его головную боль. Что я по-твоему должен помнить?
– Вот молодец! И зачем ты за мной увязался? Сидел бы в Нью-Мексико и хлестал бы с мексиканцами текилу. Толку от тебя никакого!
– Тише, прошу! Что вчера произошло? Что ещё за усадьба.
