Автор
Иван Трегубов, следователь по особо важным делам, забыл о метели и сосредоточился на поисках своей сестры Софьи. Подснежники блуждают по улицам, скрывая их от глаз - где же они сейчас? В доме Трегубова всё тихо, как молчаливый покой, и это лишь подчеркивает необычность момента....
Вечером этого дня, когда Том вернулся домой домой, Эд спросил его о Торотынском.
– Ничего интересного, – ответил Том, жадно запихивая в рот кусок хлеба. Целый день гонял меня по своим встречам, то туда, то сюда, пока не вернулся в отель. Даже перекусить не было времени. А тебе он что-то сказал?
– Сказал, что дал денег девчонке, чтобы она доехала до Ричмонда.
– Значит едем в Ричмонд? – Том перестал жевать.
– Нет, – ответил Эд.
– Нет?!
– Он соврал.
– Почему ты так думаешь?
– Том, скажи, ты бы дал просто незнакомой попутчице денег?
– Я бы и знакомой бы не дал.
– Вот и я бы не дал.
– Но послушай, – сказал Том, – мы бы не дали, но есть разные люди, всякие священники, ещё эти, как их там, самаритяне.
– Том, молодой парень едет с девушкой от Санта-Фе до Филадельфии, помогает ей с деньгами и ты думаешь он скажет потом помощнику шерифа, где её искать? Ещё неизвестно поверил ли он в то, что она ограбила банк. Но если и не поверил, то это к лучшему.
– Почему к лучшему?
– Он лично поедет её предупредить, чтобы узнать подробности.
– Значит завтра с утра снова выслеживаем поляка, – скорбно заключил О'Лири.
Нью-Йорк Сити, май 1892
Трегубов поднялся по лестнице на небольшое крыльцо и теперь стоял перед дверью, ещё раз сверяя адрес на листке, который ему дал ротмистр Смирнов. Кажется это должно быть здесь. Посреди деревянной двери было прикреплено металлическое кольцо. Иван взялся за это кольцо и дважды постучал. За дверью послышались шаги, а затем она открылась.
– Беркман! – воскликнул шокированный Иван.
– Где? – спросил не менее удивленный мужчина, который появился на пороге, а сейчас, после возгласа Трегобова, заглядывал ему за спину.
– Прекратите это представление?! Что за кривлянья? Это Вы – Беркман!
– Я тоже Александр, но к счастью или несчастью Станкевич, а не Беркман, – возразил мужчина, – проходите в дом, Трегубов.
– Я не понимаю…Ах, постойте, я же должен спросить, что-то там про розы, – вспомнил Трегубов.
– Забудьте, – махнул рукой Станкевич, – да, заходите уже, я вчера получил письмо, что Вы приедете.
Иван прошел внутрь, он вспомнил про чемодан с бумагами из России. Возможно, что это письмо привёз он сам. Обстановка в квартире была роскошной. Везде старинная мебель, но в отличном состоянии, на стенах висели картины, изображающие морские пейзажи. Перед выложенным камнями камином стояли два кресла.
– Присаживайтесь, – предложил Станкевич.
