Все те же серые камни под ногами, все тот же пепел, то и дело оседающий на сапогах, нависающие сверху скалы и… тишина. Абсолютно мертвая, прямо-таки гробовая тишина, разбавляемая лишь звуками шагов и нашим собственным дыханием.
Пепельные облака нам по дороге не особенно докучали – они постоянно клубились вокруг щита, однако выше колен обычно не поднимались и вплотную не подходили. Каждый раз, когда щит оказывался от них на расстоянии в две ладони, они неизменно отступали и, наползая на соседние «барханы», спешно ретировались, после чего снова смыкались и образовывали сплошной ковер.
Однако по мере того, как мы приближались к выходу, таких «барханов» становилось все больше, и они постепенно начали расти. Сперва по бедро, а потом и по пояс… признаться, бесконечно колыхающиеся, то и дело норовящие сомкнуться вокруг нас волны начинали доставлять определенное беспокойство.
И вот наконец у самого выхода нам стали попадаться горы пепла уже в рост человека. Чуть позже мне показалось, что у некоторых из них есть определенная, вполне узнаваемая форма. При должном воображении уже можно было различить в них вполне сформированные головы, руки, туловище… хорошо еще, что лиц не было видно, иначе это выглядело бы совсем жутко.
Но самое неприятное, что большинство этих горок постоянно находилось в движении. Как волны. Или как беспрестанно перекатывающийся от ветра песок. И вот вместо головы тебе уже чудится чья-то злобная морда. Вместо двух рук в твою сторону начинают тянуться сразу четыре. А вместо ног и вовсе иногда образуется нечто массивное и зловеще шевелящееся, как если бы какой-то злой гений додумался скрестить человека и многолапое морское чудище.
– Фу, гадость какая, – тихо-тихо произнесла Ланка, когда таких уродливых фигур на нашем пути стало попадаться все больше. – Такое впечатление, что они соревнуются, кто из них страшнее.
– Они постоянно меняются, – словно прочитал мои мысли Ник. – Это вообще нормально?
– Для них – да, – отозвался призрак, а потом добавил: – Давайте-ка обойдем вон ту группу душ. Чем-то она мне не нравится.
Мы послушно свернули, огибая восемь тесно стоящих фигур из шевелящегося пепла, благо размеры прохода позволяли маневрировать. Но не тут-то было – стоило нам только сойти с пути, как одна из фигур плавно перетекла в сторону и снова загородила нам дорогу.
– Это уже не похоже на совпадение или простую галлюцинацию, – пробормотал Ларун, останавливаясь и делая остальным знак замереть на месте.
