В дрогнувшем ухе зазвучало недавнее слово, заставив прерваться память. Кровь ринулась к лицу, и я отчаянно попыталась разобраться в напористых словах брата, до боли знакомого голосе. Этот родовой закон требовал долга, но моему сердцу он казался необъяснимым трагизмом. Оказавшись в центре скрытой войнушки между кланами, я пыталась найти свой курс, не теряя сознания даже тогда, когда мир вокруг стал невероятно холодным и полным опасности....
А вот асуры и сиды были созданы с единственной целью: генерировать и передавать светлую энергию. Темная же оказалась обычными производственными отходами. И когда ее накопилось достаточно много, она нашла тех, кто смог бы ее использовать. Дроу.
Только тело дроу может принять в себя сущность темного бога, и только тело сида может принять сущность светлой богини.
Они выбрали нас под видом нелепого пророчества. Им нужны наши тела и чувства, но их абсолютно не интересуют наши желания. Они навязали нам свои.
Сейчас мы должны соединиться, чтобы замкнуть энергию двух абсолютно противоположных стихий, двух символов этого мира.
Но одно тревожило меня больше всего: как во все это вписывается третья богиня? Когда она нанесет свой удар? А он будет, я в этом не сомневалась.
Первый конец арки – это светлый кристалл Нуэд в главном храме, в забытом городе лунных эльфов. Второй конец – кристалл темного бога. Стоит лишь сгенерировать энергию Эретуса в определенную точку пространства в четко заданном ритме – и можно открыть проход между мирами!
Но сиды исчезли, и созданный богами портал захлопнулся, лишившись своего источника, а сами они оказались в ловушке в этом мире.
Это ужасно! Вот так внезапно осознать, что весь мир вокруг тебя, все существа и ты сама – всего лишь звенья одной цепи. Крошечные детальки, шарики в подшипнике кривошипно-шатунного механизма, который однажды дал сбой.
Все это мелькнуло в моей голове за долю секунды, а в следующий миг я, почти рыча, уже отвечала на яростные поцелуи дроу.
***
Не знаю, сколько продолжалось это безумие, пока неведомая сила не разметала нас по разным углам поляны. Столб голубого пламени возник прямо на том месте, где мгновение назад мы сплетались в жарких объятиях.
""Ты совершаешь ошибку, сестра, – прозвучал в моей голове равнодушный голос. – Ты пытаешься выдать животную похоть за истинное чувство. Это не поможет. Вы зря вмешались"".
Я почувствовала, как открывается мой рот, как шевелятся губы, но голос, раздавшийся из моих уст, был чужим:
– Мне плевать, как это выглядит со стороны.
