Автор
Новая работа — вы куда? Охранник суровым окриком останавливает Алину Морозову. Растерянная и немного нервная девушка вытаскивает из сумки паспорт, но охранник лишь гневнее смотрит, словно предполагая, что она попытается украсть футболку хоккеиста. Алина представляет себя: "Здравствуйте, я Алина Морозова". В этот момент мужской голос из-за охранника приветствует девушку, и атмосфера становится еще более напряженной и загадочной....
Там и правда двое полицейских, а еще какая-то женщина с нервным лицом и огромный хмурый мужик. Увидев меня, женщина облегченно вздыхает:
– Ну слава богу, я уж думала, придется дверь вырезать! Мы к вам столько раз приходили, а вас дома ни разу не было. И телефон у вас выключен все время.
– Неправда, включен, – автоматически возражаю я.
– Я ж говорил, эта манда старая нам неверный номер дала, – грубо говорит ей мужик.
– Гражданин, давайте не выражаться, – одергивает его один из полицейских. – Мы вам больше не нужны, я так понимаю? Сами разберетесь?
– Подождите, да что тут происходит? – не выдерживаю я.
– Чтобы ты хату поскорее освободила, – хрипло говорит мужик. – И ключи давай.
– Вы с ума сошли? – я с ужасом смотрю на полицейских, но те уже поворачиваются к нам спинами и спокойно спускаются по лестнице, о чем-то друг с другом переговариваясь.
– Мы купили эту квартиру, – деловито поясняет женщина. – Вот договор купли-продажи, можете посмотреть. Две недели назад сделка была.
– Но этого быть не может. Это квартира моей бабушки! Она не могла вам ее продать! Она в больнице лежала, а позавчера…
– Ниче не знаю, сделка прошла по доверенности, все чисто, – хрипит мужчина, толкает меня плечом и по-хозяйски проходит в квартиру. Идет в зал, в спальню, потом на кухню… И все это не снимая обуви.
– По какой доверенности? – кричу я. – Я в полицию сейчас позвоню! Я…
– Не ори, – жестко бросает мне мужик. – Какая нахуй полиция? Все по закону, мы сами с мусорами пришли, видела же?
– Доверенность от вашей бабушки на ее подругу, – журчит мне в ухо женщина, которая как будто все еще пытается решить наш вопрос миром.
– Рот закрой, – ледяным тоном советует ей мужик.
А потом поворачивается ко мне:
– А ты вещи собирай и вали. Мебель, если нужна, можешь вывезти – срок тебе сегодня до вечера. Потом позову своих пацанов и вынесем все на помойку.
Я стою как оглушенная посреди своей квартиры. Стоп. Не своей. Бабушкиной. А я бы унаследовала ее только сейчас. После смерти бабушки, потому что других родственников у нее не было. А сейчас она продана. По доверенности.
