Никто их не преследовал, но под ее напором Вейлор перепугался до смерти и бросился бежать, в надежде спасти свою шкуру.
— Сюда! — Мелена указала на черную металлическую дверь и, ухватившись за ручку, повисла на ней всем весом.
Вейлор все это время трясся у нее за спиной и торопил:
— Ну скорее же, клуша! Хочешь, чтобы меня поймали?
Когда с надрывным скрипом дверь сдвинулась с места, он первым ринулся внутрь.
Мелена зашла следом.
— Ну и где твои катакомбы? — возмутился он, широким жестом обводя помещение. Это был пустой, низкий каменный мешок размером пять на пять. — Только не говори, что ты настолько тупа, что заблудилась и не знаешь, куда дальше?
— Никуда, — Мелена закрыла дверь, — мы пришли.
— Предлагаешь отсиживаться здесь? Ждать, будто я какой-то слабак?
— Ты же сидел в клетке, — хмыкнула Мел, — гадил под себя, жрал то, что дадут. Так чем же не устраивает это место? Оно не ничуть не хуже.
Вейлор опешил на долю секунды, а потом зарычал:
— Как ты разговариваешь с королем, мерзавка? Забыла, кто я? Так сейчас мигом вспомнишь.
И возомнив себя великим воином, сверженный правитель ринулся на нее. Увы, он забыл о том, что перед ним не томная девица, которую можно тисках на коленях и нагло хлопать по заднице, и не забитая слабая сирота, покорно сносящая все нападки.
Мелена перехватила его руку, легко уклоняясь от бестолковой опеухи, и ударила в солнечное сплетение. Драный тулуп немного погасил силу удара, но король все равно сложился в три погибели, и обхватив себя за живот повалился на пол."
"— Ты…ты… — хватал воздух ртом, — я велю привязать тебя к позорному столбу и высечь. Пятьдесят плетей. Нет. Сто! Я сам это сделаю.
— Ну-ну, — она присела рядом, брезгливо рассматривая раскрасневшееся одутловатое лицо, — разве что в другой жизни.
— Ты забыла, где твое место, дрянь?
— Хмм, может быть в маленькой деревне у Лосиного Утеса? — задумчиво поинтересовалась Мелена, — в той самой, которую сожгли по твоему приказу.
Он замер, поднял на нее взгляд, полный лютой ненависти и зло сплюнул на холодный пол к ее ногам:
— Надо было сжечь тебя, как и все остальное отродье.
— Надо было, — согласилась Мел и обратилась к своей внутренней силе.
Она столько времени ненавидела всех, у кого был дар, а теперь сама отчаянно взывала к нему. И магия откликнулась. Медленно, словно нехотя она потянулась к своей хозяйке, забывшей о ней на долгие годы. Недоверчиво набирала силу, клубилась на кончиках пальцев, копилась, а потом, прорвав плотину, хлынула наружу.
Камень под Вейлором стал мягким и податливым, словно трясина ядовитого болота.
— Что ты делаешь? — воскликнул король, почувствовав, как проваливается вглубь пола, — прекрати немедленно!
Он попытался встать, но было уже поздно.