Автор
Война разделила два мира. Когда в Милрадию приходит опасный Зверь, Мелена пытается его поработить, но становится его пленницей. Теперь она в его власти, и каждый день решает её судьбу. Между ними разгорается опасная игра выживания, где каждый шаг может стать последним.
— К черту императора, — нервно дернула плечом и принялась отжимать грязную тряпку.
Рядом хныкала Мальва:
— Почему я должна этим заниматься? Вы посмотрите, на что стали похожи мои руки? А ногти? Как я потом с ними покажусь людям на глаза? Это же позор."
"— Ладно руки, ты глянь во что волосы мои превратились, — вторила ей Донна, — Хоть состригай и ходи с лысой башкой, как Тира.
— Тира-то не промах, между прочим. Ни полы, ни ночные горшки не драит. Вовремя начала улыбаться захватчикам, на кухню, поближе к теплому месту пробилась. И теперь крутится возле крылатых и нового покровителя ищет.
— Говорят, на самого императора глаз положила.
— Класть-то она может что угодно и на кого угодно, — проворчала Мальва, — да только плевать он хотел на нее. Да и на всех остальных тоже. Ты видела его? Попользует и дальше пойдет.
— Красивый мужчина, — согласилась Донна, а потом понизила голос до шепота, — когда вижу его, у меня колени плавятся.
— Да у тебя от них всех колени плавятся.
— Я же не виновата, что они все, как на подбор. Воздух что ли в этом Андракисе какой-то особенный, раз там такие мужики рождаются.
Бессмысленные разговоры раздражали. Обычно Мел уходила в свои мысли и не слушала глупое щебетание, но сегодня слова про Тиру зацепили. Она и сама не раз замечала, как девица с короткими, как у парня волосами, старается держаться поближе к Тхе’Маэсу, и всячески показывает, что готова на все.
Интересно, он уже воспользовался предложением?
— Дура, — рыкнула на саму себя и вернулась к половой тряпке.
Но сколько бы ни терла, сколько бы ни нагружала себя работой, мысли все равно шли в его сторону.
Почему ему плохо? Что происходит у Сторожевой гряды? Получилось ли разбить границу? Сердце рвалось от противоречивых эмоций. Как и все жители Милрадии она слепо верила, что именно граница между долиной Изгнанников была защитой от всех бед. Сломать ее — это сломать весь прежний устой. Страшно.
А с другой стороны, одолевало дикое желание отправиться туда, оказаться ближе к нему…помочь. Почему-то казалось, что так будет правильно.
— Дважды дура, — неутешительно произнесла она.
Помогать андракийцу, тем более в таком деле — это последнее, чего Мелена желала в этой жизни, но внутри все равно давило. Она даже начала представлять, как встанет, отшвырнет тряпку в сторону и выйдет из зала.
