Автор
Мужчина привлекал внимание сразу: высокий рост, странный выбор одежды — черный плащ, стоптанные ботинки. Его манера поведения была спокойной и непринужденной в мире неспешных торговцев на рынке, каждый из которых стремился вырваться вперёд.
Один из мужиков привел чубарую, седланную кобылу и передал Мелене поводья.
— А просьбу можно? — заискивающе обратился к ней староста, — не отказывайте, умоляем.
Не было у мелены времени на выполнение просьб, но и отмахнуться не могла. Пришлось слушать.
— Чего надо?
— Амулет сделайте.
— Амулет?
— Оберег. Чтобы чертей этих отпугивать. Мы бы его на столб повесили и…
— Я не умею, — перебила его Мелена.
Она понятия не имела, как делать обереги и напитывать их своей силой. Она с самими силами то совсем недавно познакомилась, что уж говорить об остальном?
Но сама мысль ее захватила.
Амулет… Амулет…Амулет!
Точно! Много-много амулетов. На каждое поселение! А еще лучше заградительной полосой выставить, чтобы валлены не могла дальше в глубь страны сунуться!
— Мне нужно в столицу! Срочно!
И от этого решения, сердце зашлось в ликовании.
Она нашла повод вернуться обратно! Достойный, серьезный! И вовсе не по тому, что соскучилась, и ночами спать не могла, оттого что где-то там бродил один полосатый кот с большими крыльями.
— Но вы же не оставите нас одних? Что нам делать, если демоны вернуться?
— Молиться, — только и сказала она, — и обо мне молитесь, чтобы у меня получилось задуманное."
"Она легко заскочила на кобылу и, пришпорив сытые бока, сорвала ее с места в галоп. Умчалась, так ни разу и не обернувшись, а жители деревни стояли жалкой кучкой и смотрели ей вслед.
Ей потребовалось два дня, чтобы вернуть в Асоллу. На утро второго — на них налетел темный, негодующий ураган и чуть не свалил на землю и лошадь, и наездницу.
— Дорна, черт тебя подери, — воскликнула Мел, натягивая поводья, — нельзя же так пугать.
Вирта радостно скакала вокруг нее и выглядела невредимой и совершенно здоровой.
— Я знала, что ты справишься, — Мел нагнулась и потрепала ее по шее. Под обычной лошадиной гривой четко проступали острые треугольные шипы — отголоски боевой формы.
Дорна самодовольно заржала, а потом возмущенно уставилась на смирную серую лошадку.
— Не ревнуй, чудовище.
— В Асоллу!
Дорна рванула вперед, а лошадка бойка пристроилась следом за ними.
Глава 27
Когда она выехала из заснеженного леса на узкую дорогу, ведущую к малым воротам, в груди защемило. Она знала, что ее ждут. Чувствовала. И чем ближе подбиралась к столице, тем сильнее душа наполнялась предвкушением.
