Автор
Мужчина привлекал внимание сразу: высокий рост, странный выбор одежды — черный плащ, стоптанные ботинки. Его манера поведения была спокойной и непринужденной в мире неспешных торговцев на рынке, каждый из которых стремился вырваться вперёд.
— Какой же ты воин, если боишься крови?
— Я не сказал, что боюсь, — хмуро ответил он.
— Значит дело во мне, — Мел равнодушно пожала плечами, тут же получив новую порцию боли. — Не так аппетитна, как хотелось бы?
Проигнорировав ее слова, кхассер уставился мрачным взглядом в стену. На какой-то миг, ей даже показалось, что он задержал дыхание.
Надо было отдать его на потеху Вейлору. Посидел бы в клетке перед толпой, глядишь, стал бы покладистей. Пусть бы в него тыкали палками, бросались камнями, смеялись и обзывали.
Она ушла в купальню. Уже там, шипя и ругаясь на все лады, медленно стянула камзол, а следом нательную рубашку. Местами тонкая ткань присохла к ранам, и сдирая ее Мел чувствовала, как по спине снова катятся капли крови. Когда она закончила, и безнадежно испорченная, покрытая бурыми разводами рубашка упала к ногам, руки вспотели и дрожали, голова кружилась, запах крови ощущался даже на языке.
Ей пришлось упереться руками в туалетный столик и стоять так, пока бешеный хоровод перед глазами не замедлился. Только после этого она смогла до краев набрать теплую купель, вылила туда два флакона со снадобьем — одно черное от заразы и воспаления, второе — красное от боли, и стиснув зубы, чтобы не закричать, опустилась в побуревшую воду."
"Спина пылала, словно к ней прижимали раскаленные над огнем пруты.
В маленьком шкафчике нашлись бинты и средство для заживления — обычный набор воина. Понемногу зачерпывая прохладную мазь, Мел аккуратно прикасалась дрожащими пальцами исполосованной коже.
Ей удалось пройтись по бокам и плечам, но до середины спины, где болело особенно сильно дотянуться не могла. Сколько бы она ни крутилась перед зеркалом, ничего не получалось. От ее неуклюжих попыток снова вскрывались распаренные рубцы и из них сочилась кровь.
