В руках Роннара таинственный кубок игристого вина не мог скрыть жарущую мечту о губах прекрасной Рэйны, которая теперь станет его Трофеем императора. Его дыхание становится быстрее и чаще с каждым блюдом на столе, пока он наконец не выпьет последний кубок и впервые открывает двери своего подсознания....
Воздуха не хватало. Она задыхалась, а поцелуй все продолжался, угрожая стать бесконечным. Дарг терзал ее рот, пил дыхание и, казалось, не мог насытиться. Было что-то пугающее и вместе с тем бесконечно притягательное в жажде, которую он все не мог утолить.
Наконец, он от нее оторвался. Отступил, тяжело дыша и сверля странным взглядом, в котором не было ни намека на страсть. Холодным и расчетливым."
"Ленси, не чувствуя ног, опустилась на бортик пруда. Ее всю колотило, словно от холода, она зажала ладошкой рот и уставилась на мужчину затравленным кроликом.
- Иди, - произнес он резко и сухо, будто она в чем-то перед ним провинилась. – Пока я не передумал и не нарушил закон. Завтра на Балу…
Он не договорил. Ошеломленная, в полном смятении, девушка встала, держась за бортик дрожащей рукой. Ее голос тоже дрожал, когда она гневно выдохнула:
- Вы его уже нарушили! Император Роннар вас покарает! Вы осмелились посягнуть на принцессу Этрурии!
Ей показалось, что в глазах мужчины взметнулись искры, но она их проигнорировала и демонстративно вытерла губы тыльной стороной кисти.
Дарг нагнулся, внимательно вглядываясь в ее пылающее лицо. Потом перевел взгляд на руку, где предательски блестело кольцо с вензелем.
- Так значит, ты дочь короля Фабиана? – процедил он, сверля злосчастный перстень таким взглядом, словно хотел расплавить металл. – Что ж, это все упрощает.
Он заложил руки за спину и едва слышно свистнул.
Ленси не успела даже удивиться, как из-за ближайших деревьев выступила новая тень.
- Кларенс, эта дева отныне под твоей личной защитой, - произнес дарг, обращаясь к новоприбывшему. – Отвечаешь за нее головой. Проводи Ее Высочество в покои, выделенные императорским невестам, и проследи, чтобы она не заблудилась по дороге.
Щеки Ленси, ее шею и грудь заливал гневный румянец. Глаза метали молнии, руки дрожали от желания вцепиться в эту слишком спокойную физиономию. Да как он посмел?!
Но…
Она же принцесса.
В глубине души царапнуло воспоминание об отцовском предупреждении. Папенька не хотел отпускать ее в эту поездку, зная безрассудный характер дочери и ее умение влипать в нелепые ситуации. Самая младшая, самая любимая, самая избалованная. Слишком часто ей все прощалось, сходило с рук и не несло последствий. Но в этот раз, похоже, от розог не отвертеться.
Если отцу донесут!..
Ленси гордо вскинула голову и расправила плечи.
