– Сила имеет свойство опьянять, кружить голову. Она внушает тебе чувство вседозволенности. Ты думаешь, что способна управлять миром у тебя под ногами. Но на самом деле это не так. На самом деле ты всего лишь песчинка, крошечное звено в бесконечной цепи. И это ощущение могущества - не больше, чем самообман. Причем очень опасный самообман. Поэтому на первом этапе ты[O.V.1] должна научиться самоконтролю. Нет ничего разрушительнее, чем магия, действующая по воле эмоций.
Матушка говорила в своей обычной манере. Спокойно и даже немного отстраненно, словно ее совершенно не волновали ни собственные слова, ни послушница, стоящая перед ней с опущенными плечами, ни результат проверки. В глазах Имиры плескалась привычная зеркальная гладь.
И все же что-то было не так.
Только Валенсия не могла понять, что именно.
Может быть, матушка слишком усердно сохраняла невозмутимое выражение на лице? Или это тоненькая морщинка между ее идеальных бровей привлекла внимание девушки? Или тонкие пальцы Имиры отбивали непривычно взволнованный ритм?
Как бы там ни было, Ленси нутром чувствовала странное напряжение в воздухе. В пустой аудитории они были вдвоем, но ей казалось, что за спиной Имиры невидимой тенью, тяжелой и мрачной, стоит кто-то еще.
Моргнув, Имира сфокусировала взгляд на ученице. Тонкие губы матушки дрогнули в полуулыбке, когда она произнесла:
- Ты думаешь, что управляешь магией, но на самом деле это она управляет тобой.
Поднявшись, она звонко хлопнула в ладоши:
- Начнем!
И Валенсию окутал плотный туман.
Ее не подготовили к тому, что случилось потом. Никто не потрудился объяснить или предупредить. Ни Эмле, ни Таниса, хотя, по их словам, они прошли экзамен с третьего раза.
Ленси не успела даже вдохнуть, как вдруг белые стены аудитории, украшенные тяжелыми барельефами и пилястрами, раздвинулись, потолок взлетел ввысь, и пространство заполнил густой молочно-белый туман.
Чутье, развитое каждодневными упражнениями, подсказало: вокруг пустота. А внутренний голос шепнул: «Иди!»"
"И она пошла вперед, маленькими шажочками, вытянув руки вперед, точно слепец.
Под босыми ногами оказались прохладные гладкие плиты. Но идти сквозь плотный, вязкий туман было все равно, что идти в толще воды. И каждый следующий шаг давался тяжелее предыдущего.
Ее грудь нервно вздымалась, сердце стучало так громко, что его удары отдавались в затылке. Она глотала воздух взахлеб и не могла надышаться.
А туман все не заканчивался. И выхода все не было. И ей уже казалось, что она бродит в этом мареве целую вечность, что она заблудилась и никогда не выберется отсюда.
Внутри поднималась паника. Ужас ребенка, потерявшегося в лесу.
Ленси начала задыхаться. Страх толкал ее в спину и в то же время приказывал остановиться.