В мире, где драконы держат абсолютную власть, юная принцесса становится разменной монетой в игре империй. Но она обладает тайной, которая может перевернуть установленный порядок и найти слабость даже самых могущественных существ.
Теперь после завтрака Валенсия отправлялась в храм, где должна была драить полы, очищать от пыли статуи и барельефы и наполнять магическим светом пять тысяч крошечных круглых светильников, установленных в нишах на стенах.
После обеда, как и остальные послушницы, она шла на занятия. В основном это были духовные практики. Девушки медитировали, учились чувствовать окружающий мир, видеть ауры и развивали связь с внепространственным магическим полем. Зерно магии, живущее в каждой из них, требовало постоянной подпитки.
Иногда, глядя на застывших в трансе соучениц, Ленси задумывалась, а что будет дальше? Она уже давно заметила, что в Обители нет никого, кроме нескольких наставниц, из которых она лично видела только Имиру, и пары сотен послушниц. Все девушки были примерно одного возраста, хотя, если верить рассказам, попали сюда сразу после рождения. Но ни детей, ни тем более младенцев Валенсия здесь ни разу не встретила. Раньше, увлеченная анкрами, она не слишком задумывалась об этом. Но теперь тревожные мысли посещали ее все чаще.
Помня, что праздное любопытство здесь не в чести, Ленси опасалась задавать прямые вопросы. И все же ей удалось кое-что узнать. Однажды кто-то из девушек проговорился, что тех, кто сдал третий экзамен, наставницы забирают в храм. Навсегда. Зачем – никто не задумывался. Но все мечтали оказаться на месте этих счастливиц.
Валенсии подобная перспектива казалась сомнительной. Что-то смущало ее в этой идиллии. Поэтому она старалась никому не показывать свои достижения и тайно заниматься после отбоя. Это стало казаться ей жизненно важным. Тем более, приближался второй экзамен.
Это был особенный экзамен, о нем не предупреждали заранее. И многие девушки даже не знали, прошли его или нет, пока им не сообщали наставницы.
А по ночам, лежа без сна, она слушала зов драконов и различала их голоса. С замиранием сердца ждала, не раздастся ли голос Бедняги. Но нет, видимо, этот парень так и не подпустил Дина к себе.
Подходя к окну, она с тоской смотрела в молочное небо, ожидая, не мелькнет ли крылатая тень. Стены маленькой комнатушки душили ее, сердце рвалось прочь отсюда. Но куда бы она ни глянула, ее везде окружали холодные стены."
"Ленси была загнана в угол в самом прямом смысле слова. И что бы она ни делала, ей казалось, что выхода нет.
На третий день наказания Ленси увидела довольную Танису, которая поджидала ее, сидя на лавочке возле спального корпуса.
- Что ты здесь делаешь?
Лицо Танисы расплылось в широкой улыбке.
