В холодном подземелье, где воздух казался ароматом гниения, Мила и Артур переглядывались с неуместным спокойствием. Неприкрытые тела заставляли дышать тихим скрежетом, но в глубине камеры царил шёпот приговора: "Ты не работаешь в агентстве". Мила боролась с паникой, глаза её стекленели от страха, и сердце тонуло в тишине....
Продолжим разговор.
Глебу необходима разрядка. И уже не сексуального плана. Пообщавшись с моральными уродами, явно попутавшими все семейные принципы, хотелось сначала выплеснуть ярость, а потом встать под холодный душ и отмыться, стереть с себя грязь.
Алашеев тоже не мальчик-цветочек. С его-то семьей и родственниками или рано учишься отстаивать свои права и потребности, или тебя прогибают да так, что ты потом никогда уже не сможешь разогнуться и сказать своё весомое слово.
Он помнил, как рыдал над телом отца и матери, продолжая сжимать в руках пустой пистолет.
- Мы - семья. Всегда вместе… Ты и я. Семья – это то, ради чего каждый из нас пойдет на всё. До последнего. Клянись… Я – клянусь. Никому тебя не отдам, со мной жить будешь. Закон попрем, но ты от меня ни на шаг. И потом, когда вырастем… Глеб, помни: семья – основа основ.
- Клянусь, На…зар.
Уже позже Глеб узнает, что впервые в ту ночь начал четко произносить букву «р».
Хоть смейся, хоть плачь.
Отчасти из-за тех же принципов Назара так быстро приняли итальянцы.
Жаль, что Бьянка умерла. Красивая и добрая женщина была. Назара любила без памяти. Глеб горевал вместе с братом и её родней.
Семьи бывают разными… Да…
Встречаются и те, в которых продают дочерей и предают сыновей.
Глеб сделал последнюю затяжку, потушил сигарету, быстро переоделся.
Он не сомневался: Марк будет ждать его в зале.
Так и оказалось.
Парень тоже переоделся.
Увидев его, Марк прищурился. В племяше продолжали бушевать эмоции. А вот это лишнее.
- В октагон, - коротко бросил Глеб.
Племяш ему импонировал. Молодой, но умеет держать удар.
Как оказалось тридцатью минутами позже, не только словесный.
Марк ловко уходил от ударов, маневрировал.
Глеб протянул ему руку. Тот, поморщившись, принял.
- Тренишься регулярно?
Глеб кивнул.
- И тебе советую. Могу тренера подсказать.
Марк, слегка заметно оскалившись, поднялся на ноги, снял перчатки и тыльной стороной ладони провел по разбитой губе."
"- Первая кровь.
- Так уж и первая.
- Тренер… здесь проживает?
- Да.
- Порекомендуй. Может, и я в тридцатник также ловко буду укладывать молодых.
- Будешь.
