В холодном подземелье, где воздух казался ароматом гниения, Мила и Артур переглядывались с неуместным спокойствием. Неприкрытые тела заставляли дышать тихим скрежетом, но в глубине камеры царил шёпот приговора: "Ты не работаешь в агентстве". Мила боролась с паникой, глаза её стекленели от страха, и сердце тонуло в тишине....
Даже губная помада, идеально подходящая к тону кожи, отличалась лишь на несколько тонов от её естественного цвета. Мила улыбнулась своему отражению. Когда она ещё побудет такой красивой.
В дамской комнате находилось несколько девушек. Мила не прислушивалась к их разговору. Неинтересно было. Проходя мимо них, она лишь отметила, что выглядит равной им.
Вечер продолжался.
Возвращаться в зал не хотелось. Если она выйдет на террасу и подышит пять минут воздухом, ничего криминального не случится. Ей надо освежиться.
Мила взяла бокал с безалкогольным коктейлем у проходящего мимо официанта и не спеша устремилась в сторону террасы, которую заприметила ещё ранее. Да, ей хватит пяти минут.
На террасе присутствовали и другие люди, что неудивительно. Ужин и основная развлекательная часть должны были начаться через час. Об этом Глеб сообщил ей сразу по прибытию. Время расслабиться у гостей было.
Прохладный воздух ласково обволакивал. То, что нужно. Мила сделала глоток коктейля и улыбнулась, ни на кого не глядя.
Она практически дошла до софы, которую успела присмотреть. Но насмешливый голос заставил её замедлить шаг:
- Твою ж мать… Милослава.
Этот голос Мила не слышала на протяжении нескольких лет, но узнала сразу."
"Неприятный холодок прошелся по спине, возвращая её в прошлое.
Школьные годы иногда оставляют отпечаток в памяти не только уроками.
Так же и людьми, которых она не хотела бы видеть никогда.
Егор Статов как раз один из них.
Мила мысленно выругалась. Не дышалось ей в зале. «Надев» на лицо безразлично-равнодушное выражение, она развернулась.
- И тебе привет, Статов.
- Давно не виделись, да?
- И ещё бы столько не видеться.
Она не собиралась вести светские разговоры с тем, который едва её не изнасиловал в туалете. Лишь мельком отметила, что Егор изменился: возмужал, раздался в плечах, навел лоска. Впрочем, они все изменились со времен колледжа.
Это логично.
Статов был последним человеком, с кем ей хотелось общаться. Она ненавидела его. Презирала. Она хорошо помнила его сальную улыбку, когда он надвигался на неё. Да и потом, случай в туалете был не единственным, когда он её кошмарил.
Она сделала шаг, собираясь вернуться в зал и найти Глеба. И почему-то не удивилась, когда Статов перегородил ей дорогу. В его руках также был стакан, только с более крепким напитком.
