Помолвка – волнующее событие. Мужчина за столиком удивленно смотрит на женщину-гостя. "А почему вы один?" — спрашивает она. "Пусть дом будет полной чашей", — отвечает он, улыбаясь. В просторах интернета перед ними открывается тройной переполох, где каждый шаг может изменить судьбу....
Звякнуло, инкрустированный металлическими и перламутровыми вставками стол, предназначенный только для чтения книг, залило. Под руками захлюпало. Из-за полностью закрытых штор в комнате было отчаянно темно, даже рук не увидеть. В поисках тряпки для уборки они сталкивались лбами, тихо фыркали от смеха. Потом возили этой тряпкой в четыре руки. Пару раз нечаянно Гровер дотрагивался до ее коленки и тут же отдергивал руку.
Улыбаясь от уха до уха, Иви вернулась в прохладную спальню, быстро скинула халат и залезла к теплому Дюку под одеяло.
На обед Лесли впервые вышел не в простой холстинной одежде, которую носил в эти дни, а в тонкой дорогой рубашке, штанах со штрипками и даже в облегающем жилете, застегнутом на множество крошечных перламутровых пуговичек.
- Ты куда собрался? - удивился Гровер, предпочитающий, как и брат, свободные удобные фасоны. Он с некоторой оторопью рассматривал пуговички на Лесли, представляя, сколько времени занимает застегивание-расстегивание.
- Мне необходимо поговорить с Иви, - Лес говорил серьезно, почти официально, - я здесь единственный представитель ее семьи и, прежде чем она будет заключать новые контракты по работе, считаю своим долгом проконсультировать ее по финансам.
Почувствовав себя несколько неуютно под изучающим взглядом лиса, Иви невольно вспыхнула:
- Ты мне даже не брат, у нас только клановое родство по зверю! - И поэтому ты отказываешься от моей помощи? Лисичка заморгала и прикусила алую губку. - Нет, что ты. Я не против, Лес, конечно, твои советы будут очень полезны.
Звучало неожиданно пафосно. Будто лиса подменили. Братья переглянулись, волкам явно не нравилось происходящее. Вышли они неохотно, подозрительно оглядываясь. Некоторое время за тяжелой дубовой дверью еще раздавались приглушенные звуки разговора волков на повышенных тонах, но потом все стихло. От былого добродушия в атмосфере дома не осталось и следа.
