– Ты – неглупый малый,– отозвался Кайр.– А теперь отправляйся собираться! Завтра тебе предстоит славный денек.
Спустя три часа, ровно в полночь, тысяча наемников, расположившаяся отдельно от остальных, бесшумно снялась и канула во тьму.
Когда Фаргалу сообщили об этом, он покачал головой, но особенного огорчения не выказал. И было непохоже, что царь собирается спать в эту ночь.
Миновало еще два часа, и в шатер Фаргала вошел Бехер.
– Взошла луна,– сказал начальник стражи.
– Поднимай! – распорядился царь.
Спустя еще час, оставив десятка два людей поддерживать костры и еще столько же – изображать дозорных, вся армия Фаргала покинула столь тщательно устроенный лагерь.
Когда стало светать, войско вышло к Ремийской крепости, а с первыми лучами солнца – заняло окрестные холмы.
Ремийская крепость была заново отстроена около шестисот лет назад и представляла собой могучую твердыню. Ее стены достигали шестнадцати локтей в толщину и более пятидесяти – в высоту. Их окружал ров, а сама крепость располагалась на плоской вершине большого холма. За такими стенами две тысячи человек могли бы удерживать цитадель против вчетверо превосходящих сил столько, насколько хватило бы припасов внутри.
Единственным уязвимым местом были восточные ворота. Уже две сотни лет Ремийская крепость являлась фактической столицей и резиденцией Владыки Реми. Потому, как только в стране воцарился мир, часть рва – как раз перед восточными воротами – была засыпана, а сами ворота расширены, чтобы не препятствовать свободному движению в обоих направлениях.
И к тому моменту, когда армия Фаргала заняла две ближайшие к восточной части цитадели возвышенности, ров восстановить не успели.
Фаргал с вершины правого, более высокого холма оглядел окрестности. В миле впереди возвышалась сама крепость. Черный квадрат со скругленными углами и мощными выступами башен. Над зубчатыми стенами возвышалась еще одна твердыня, куда более древняя, чем сама крепость. Черный замок.
«Клык Кхорала!» – вспомнил Фаргал.
Но круглая крыша Злого (его называли и так) замка скорее напоминала увенчанную короной лысую голову, чем зуб хищника.
Между армией царя и крепостью лежала небольшая долина, сухая, поросшая травой и пересеченная обмелевшей речушкой.
Слева и справа – лесистые холмы, близко подходящие к стенам крепости. Но склоны там покруче, чем с востока, и это, учитывая основательность окруженных рвом стен, делает попытку атаки с севера или юга совершенно бессмысленной.
Солнце уже позолотило древние стены, когда Фаргал, стоя на вершине холма, прикидывал, удастся ли ему взломать восточные ворота.
Расчет на внезапность не оправдался. Тяжелых осадных машин у царя не было, а лестницы заменить их не могут. Фаргал колебался.