Я так и не сказала ему, что порадовать его наследниками, я при всем желании вряд ли смогу. Мне казалось это просто ужасным. А вдруг он рассчитывает? Вдруг он строит планы? Ближе к утру, я поежилась и уснула. Тяжелая рука снова упала сверху, подтаскивая меня к себе. Только на этот раз на ней было обручальное кольцо. Имеет полное моральное право. Тараканы пили шампанское, звеня наперстками, узник совсем поник и лежал пластом в своей клетке. Он впал в экзистенциальную тоску. Рядом с ним стоял наперсток с шампанским, но бедняга даже к нему не притронулся.
- Я теперь никому не нужен… - причитал он, - Я теперь безработный… Беззаботный-безработный… Лучше сдохнуть, чем влачить свое жалкое безусое существование.
Внезапно он оживился, потирая лапки.
- Интересно, а если Абель узнает, что у тебя теоретически не будет детей, он убьет тебя в порыве разочарования? Или бросит? Или пойдет во все тяжкие? Вот интересненько! Я подожду. Может быть, он мечтает стать отцом, может быть, он спит и видит, как ты кровью кормишь совместного упыренка, а ты ему такой сюрприз! Вот он обрадуется!
- Ожил! Поглядите на него! – возмутились другие тараканы.
На том я и уснула. Проснулась я от того, что кто-то «блямкает» на рояле. Не играет, а просто «блямкает». И делает это так неумело и самозабвенно, что мне захотелось просто убить его. Одеяло рядом зашевелилось. Хватка на мне ослабла, а хриплый голос поинтересовался: «Который час?». Потом немного подумав, он решил уточнить который день недели и число? До месяца и года дело не дошло. Мы лежали и слушали «блям-блям».
- Вы его убьете или это сделать мне? – услышала я голос над ухом, - Как он вам там рассказывал? «Пусть Алард убьет меня! Я не хочу жить таким!» Так вот, сейчас Эрхард как никогда близок к исполнению своего желания.
- Ладно, пойду я, - вздохнула я, пытаясь встать. Но меня не отпустили и прижали к себе.
- Так почему вы никуда не идете? Я же вас не держу? – заметил Абель, зевая внушительными клыками и прикрывая их рукой.
Я снова попыталась встать, но меня снова дернули, и я снова упала в его объятия. «Блям-блям-блям…» - раздавалось из соседней комнаты, пока рука сжимала меня железной хваткой. Было у меня такое чувство, что буквально за стенкой какой-то усердный первоклашка разучивает «Кузнечика» и постоянно промахивается мимо нужных клавиш. Мы лежали и сопели от негодования, содрогаясь от каждого «брямс!»
- Вот лежите и слушайте! Я же вас слушал по утрам? – усмехнулся Абель, тоскливо глядя на дверь.