Поэтому последние лет двадцать дарил пустые, но заметь, красивые коробки, - усмехнулся Эрхард, - Буду я еще на тебя тратиться, чтобы потом сидеть и икать.
- Это мы так шутим, - пояснил мне Абель, с интонациями ослика Иа, - Я помню твой последний подарок. Замечательная книга. «Как правильно разговаривать с подчиненными, чтобы они не оставляли лужи в кабинете и не шарахались по углам». Она подарила мне немного тепла. Пока горела.
- Прекрасно помню. Я ее сам выбирал. Зато спустя год я получил твой подарок. Тоже книгу «Как не лезть не в свое дело и не давать советы тем, кто в них не нуждается». Отличный выбор. Очень познавательно. Но, как видишь, я ее не читал, - усмехнулся Лис, - Я ее шесть раз передаривал, но она все равно ко мне возвращалась. С чего бы это?
Абель задумчиво ворошил тростью какие-то обертки и наткнулся на золотой горшок.
- Золотой горшок. Какая прелесть. Я просто в восхищении. Эрхард?
- Нет. У меня таких уже штук восемь… было. Спасибо, … - заметил Лис, проводя пальцами по золотым волосам статуи, - Мы с моей Златокудрой Изольдой категорически против золотого горшка.
Я посмотрела на Абеля, который скептически, осматривал зеленые кресла.
- Почему зеленые? – философски спросил он у них. Кресла ему, разумеется, не ответили. Но судя по его взгляду, шансы остаться в этом доме у них есть. Хотя и небольшие, но все же есть.
Я прижалась к Абелю, а он отрывисто поцеловал меня в висок.
- А мои подарки? – спросила я у него, - Вы их тоже раскритиковали в пух и прах, а потом выбросили?
Абель молча достал из кармана знакомые часы, а потом снова положил их обратно. Боже, как приятно. Интересно, а где корона?
За дверью послышался шум кареты. Кто-то из слуг метнулся вниз по лестнице и открыл дверь. Лис отлип от своей «Изольды» и встал так, словно между ними ничего не было, что вызвало у меня улыбку. Выглядел он спокойно и серьезно, как и подобает фюрсту Дахара, прибывшего с официальным визитом, официальной делегацией и официальным лицом. И если кто-то сейчас скажет, что буквально мгновение назад, он с восторгом натирал рукавом золотую грудь золотой красавицы, я бы ни в жизнь не поверила.
На пороге появился какой-то облезлый упырь вместе с … Лемирой. Все были серьезными, одна я все еще пыталась стереть со своего лица дурацкую улыбку.
- Мое почтение, Ваше Сиятельство, фюрст Эдлер, - упырь наклонился так низко, что мне показалось, что он не разогнется. Лемира изобразила реверанс.
