В библиотеке под вечер раздается тихий стук ключа в замке. Миссис Бантри погруженная в свои думы, не сразу понимает, что происходит. Вдруг она слышит чей-то голос — незнакомый, тревожный. Книги начинают говорить о вещах, которых они раньше молчаливо хранили в тайне. Уже через час библиотека превращается в местом места, где каждый том и каждая страница может быть не просто книгой, но и страшной историей....
Кстати, вы знакомы с Мэлчеттом, главным констеблем графства Рэдфорд?
– Да, нам приходилось прежде сталкиваться довольно часто.
И тут включилась память сэра Генри. Проходя по вестибюлю, он мимоходом зафиксировал образ старой дамы, которая сидела в сторонке скромно и очень прямо. Именно Мэлчетт познакомил их при последней встрече.
– Дорогой Конвей, вы хотите, чтобы я взялся за роль детектива-любителя? Это решительно не по мне.
– Но вы ведь не любитель! – возразил Джефферсон.
– Однако и не официальное лицо. С тех пор как ушел в отставку.
– По-моему, это только упрощает дело, – сказал Джефферсон.
– Но чего именно вы хотите, Конвей? Разыскать убийцу?
– Разумеется!
– Есть какие-нибудь подозрения?
– Ни малейших.
Сэр Генри сказал, несколько помедлив:
– Вы найдете это очень забавным, но там внизу, в вестибюле, сидит некая особа, которая гораздо лучше меня способна находить отгадки к подобным головоломным историям. Кроме того, все интимные секреты окрестных обитателей у нее как на ладони!
– Вы, конечно, шутите?
– Повторяю: в вестибюле, возле третьей колонны слева, скромненько сидит старая дама самой мирной, непрезентабельной внешности.
Вскинув брови, Джефферсон несколько секунд вглядывался в выражение лица своего гостя.
– Что вам вздумалось меня морочить?
– Да нет же, Конвей! Вы упомянули о Мэлчетте. Последний раз я его видел в связи с одной деревенской драмой. Утонула девушка. Но полиция не верила в самоубийство, считая, что налицо преступление, а виновник у них в руках. Тут-то и явилась ко мне весьма взволнованная престарелая леди, чтобы изложить свои опасения. Она считала, что собираются повесить невиновного. Доказательств у нее не было. Но она знала убийцу и протянула мне листок бумаги с его именем.
Конвей принудил себя усмехнуться:
– Женская интуиция, не более.
– Вовсе нет. Старая леди объяснила, что у нее свой метод. Отсюда и особые сведения.
– Что именно вы имеете в виду?
– Это термин из профессионального жаргона, мой друг. Например, когда происходит ограбление, полиция довольно легко догадывается о его, так сказать, авторстве. У каждого злоумышленника свой почерк.
