В библиотеке под вечер раздается тихий стук ключа в замке. Миссис Бантри погруженная в свои думы, не сразу понимает, что происходит. Вдруг она слышит чей-то голос — незнакомый, тревожный. Книги начинают говорить о вещах, которых они раньше молчаливо хранили в тайне. Уже через час библиотека превращается в местом места, где каждый том и каждая страница может быть не просто книгой, но и страшной историей....
Они были очень похожи друг на друга уровнем развития и возрастом. Дочки окрестных фермеров или торговцев. Их показания повторялись слово в слово: «Памела Ривз казалась такой же, как всегда. Она собиралась пойти в магазин и успеть к следующему автобусу».
В углу кабинета сидела старая дама.
Когда последняя школьница покинула кабинет, Харпер отер лоб рукой и обратил в сторону мисс Марпл безнадежный взгляд.
Мисс Марпл сказала деловым тоном:
– Мне бы хотелось побеседовать отдельно с Флоренс Смолл.
Харпер недоуменно вскинул брови и молча нажал кнопку звонка.
– Задержите Флоренс Смолл, – приказал начальник полиции.
Школьница вернулась в сопровождении полицейского. Это была дочь зажиточного фермера. Рослая, белокурая, с пухлым ртом и хлопающими от перепуга ресницами. Она то сжимала, то разжимала пальцы.
Харпер вопросительно взглянул на мисс Марпл и, получив в ответ кивок, сказал, поднимаясь:
– Эта дама задаст вам несколько вопросов.
Он вышел и плотно прикрыл дверь.
Флоренс уставилась на незнакомую старушку взглядом испуганного теленка с фермы отца.
– Присядьте, Флоренс, – сказала та.
Девочка послушно села и понемногу успокоилась.
– Флоренс, слушайте меня внимательно. Мне важно знать все до мелочей, что происходило с Памелой в день ее смерти. С вашей стороны будет большой ошибкой, если вы захотите скрыть хоть что-то. Понимаю, вам не по себе в полиции. Вы боялись, что вас будут здесь ругать. Например, за то, что не сказали никому раньше… Или что не задержали Памелу.
– Я… не…
Мисс Марпл настаивала:
– Расскажите все откровенно. Памела пошла не в магазин, так ведь?
Облизав высохшие губы, Флоренс бросила на мисс Марпл взгляд исподлобья, как загнанный зверек.
– Она мечтала сниматься в кино?
Словно освобождаясь от тяжелого груза, девочка шепнула:
– Да, мэм.
– Я так и думала! – воскликнула старая дама.
– О, если бы вы знали, как я мучилась, мэм! Я поклялась Памеле никому ничего не говорить. И когда ее нашли сгоревшей в машине… это так страшно, я чуть не умерла от горя… Мне все казалось, что я тоже виновата. Я должна была удержать ее вовремя. Но ничего плохого тогда не заметила. Когда меня спросили, как держалась Памела в тот день, я вслед за всеми сказала не подумав, что вполне обыкновенно.
