Жанр
Эскадра российских кораблей, направляющаяся в Сирию, внезапно оказывается в 1877 году. Пришельцы из будущего пытаются создать новое государство на руинах Османской империи, сталкиваясь с противостоянием империй. Начинается напряженная борьба за территории и интересы между различными силами.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Царьград: Путь в Царьград. Афинский синдром. Встречный марш. Бремя русских»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Эскадра российских кораблей, направляющаяся в Сирию, внезапно оказывается в 1877 году. Пришельцы из будущего пытаются создать новое государство на руинах Османской империи, сталкиваясь с противостоянием империй. Начинается напряженная борьба за территории и интересы между различными силами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Эскадра российских кораблей, направляющаяся в Сирию, внезапно оказывается в 1877 году. Пришельцы из будущего пытаются создать новое государство на руинах Османской империи, сталкиваясь с противостоянием империй. Начинается напряженная борьба за территории и интересы между различными силами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Когда капитан увидел мои бумаги из шкатулки, то у него глаза стали круглыми и блестящими, словно у кота, увидевшего жирную мышь. Он оживился, быстренько пролистал мои записки и схемы, после чего схватился за висящую на боку коробочку (чуть больше той, посредством которой беседовал со своим командиром унтер) и отошел в сторону.
Глядя со стороны, можно было подумать, что человек сошел с ума и разговаривает сам с собой. Но я-то чувствовал, что есть тут какая-то хитрость и где-то капитана слышат, и даже отвечают ему.
– Алло, «Кузнецов»? Говорит капитан Рагуленко, срочно дайте кого-нибудь из разведотдела. Да, важная информация, касающаяся укреплений Проливов и Стамбула. Что, полковник Бережной? Да, так точно, товарищ полковник, сейчас рядом со мной стоит поручик русской армии Никитин. У него имеются самые свежие схемы укреплений и турецких береговых батарей в Босфоре и Дарданеллах. Да, это человек Игнатьева. Есть срочно доставить…
Далее, господа, началось нечто, напоминающее романы французского писателя Жюль Верна. Пока мы занимались моими бумагами, на площади перед бывшим домом бея начал собираться народ, даже заиграла музыка. У моих греческих соплеменников в жизни не так уж много радостей, так что этим самым радостям они умеют отдаваться всей душой. А какой праздник без веселой пляски?
Сгущалась тьма, запылали два огромных костра, топливом для которых послужили обломки выбитых ворот. Музыка играла уже вовсю, и «пришельцы из далеких северных лесов» дружно хлопали в такт зажигательной мелодии. И тут вдруг произошло такое!..
Неожиданно пробившийся через музыку звук сперва напоминал жужжание комара. Но довольно быстро это жужжание превратилось в свист, гул и ревущий грохот. Над насмерть перепуганными людьми зависла тень какого-то воздушного аппарата, от которого исходили порывы штормового ветра.
Капитан Рагуленко взял меня за локоть:
– Поручик, вы храбрый человек?
Не зная, как ответить на этот неожиданный вопрос, я кивнул.
– Ну, вот и отлично! – сказал он, глядя, как сверху на тросе опускается нечто вроде сиденья. – Господин поручик, я получил приказ немедленно отправить вас вместе со всеми вашими бумагами на флагманский корабль нашей эскадры.
Пока меня пристегивали к сиденью, напоминающему люльку маляра, он пожал мне руку:
– Там вас встретит или сам полковник Бережной, или кто-то из его людей. Желаю удачи! – последние его слова потонули в реве ветра, и меня вознесло на высоту. Только выдержка и офицерская гордость удержали меня от криков ужаса.
