– Нет, – говорю я, – у нас же откровенный разговор, как я понимаю. Вы оказываетесь в курсе моих дел, а я должен понимать насколько мне здесь будет безопасно.
– Да, нас не беспокоят.
– А клиентура какая? – интересуюсь я.
– Хорошая клиентура, самая лучшая, – отвечает Альберт.
– Сколько вы хотите за приют?
– На первые три месяца положим десять процентов. Дело новое, незнакомое, ни вы, ни я не знаем будет ли успех. А дальше уже посмотрим, куда дальше плыть.
– По цене ничего не могу обещать. Вы знаете, кто будет единоличным оператором тотализатора?
– Знаю, – кивает бармен. – Не скажу, что меня это очень радует, но попробовать я готов. Ваши клиенты станут моими, а мои вашими.
– А радио можно поставить? И телевизор. На случай прямых репортажей. Это увеличит выручку и ставки поднимет.
– Подумаем, – отвечает Альберт. – Неплохая мысль.
– А если ночью трансляция? Можно смотреть? Скоро олимпиада будет и летом тоже. Самый чёс. Так что успевать надо.
– Ночью? – удивляется он, впервые демонстрируя эмоцию. – Не знаю. Надо подумать…
Мы ещё некоторое время обсуждаем детали, обмениваемся телефонами и расходимся. Вернее, расходимся не сразу. Я звоню прямо отсюда же Кахе, чтобы всё обсудить и показать ему место ещё сегодня, но его не оказывается дома.
Платоныч уходит, а я ещё на полчаса остаюсь, в надежде дозвониться. Перед уходом я его благодарю и он хлопает меня по плечу.
– Посмотрим, как пойдёт, – говорит он. – Дело действительно новое. Так что нужно будет подстраивать, подкручивать технологию, но сейчас, главное просто начать. Правильно я говорю?
– Конечно правильно. Такое ощущение, Юрий Платонович, что из нас двоих человек будущего – это вы.
Пока ждём Каху, Альберт показывает мне свои запасы. Не могу сказать, что прям всё есть, но по нынешним временам весьма достойно. Несколько видов виски, имеется коньяк, водка, ром и джин. Есть ликёры, игристое вино, чешское пиво, вермут. Несколько видов вина из соцстран. В общем для островка сладкой жизни больше, чем достаточно. Главное, что находятся энтузиасты, готовые за всё это платить немалые деньги.
Я ещё несколько раз звоню Кахе, но результат всё тот же. Тогда я решаю доскочить до «Солдатского», глянуть, нет ли его там. Договариваюсь с Альбертом, что если Каха найдётся, я ему позвоню и снова приду.
Его там не оказывается. Но раз уж я здесь, заказываю мороженое и сажусь за столик. Нужно немного передохнуть и идти делать уроки. Уроки, Карл! Из колонок льётся «Москау» в исполнении «Чингис хан».