Мне бы на портреты взглянуть, может, тут аристократы все на одно лицо? Как в Европе в свое время – близкородственные браки, полная идентичность генов и последующее вырождение. Тогда задачка…
До постели я добрела с трудом, при помощи горничной и автопилота.
– Как же это, у вас всего одна рубашка? – ахнула девушка, наконец-то оценив скудность моего гардероба. – А остальное потом прибудет?
– Остального нету, – сонно пробормотала я. – Потом сошьем.
– Я обязательно передам тетушке, она подыщет вам лучшую портниху! – с энтузиазмом пообещала Айслин.
Какое-то время она еще трещала, что-то про ужин и заботу, но информация в мой усталый мозг не поступала.
Кажется, я заснула раньше, чем горничная ушла.
А проснулась от острого чувства дежавю.
Кто-то властно сжимал мою ягодицу. Причем не просто держался – нет, пожмякивал, как кот любимую игрушку.
Долго гадать, кто бы это мог быть, мне не пришлось. Легкое похрапывание и пряный аромат чистого мужского тела говорили сами за себя.
Я потыкала вторженца под ребра.
Он хрюкнул, дернулся, но действий своих похабных не прекратил.
– Эй, вообще-то, это моя постель, – негромко сообщила я, на случай если Эмберскейл заблудился.
– Я в курсе! – буркнул он, не открывая глаз.
– И моя задница, – добавила после долгой паузы.
Вижу, сам не сообразит.
Вины в голосе драконища не было ни на грамм. Он даже отодвинуться не соизволил. Руку только убрал, причем с явной неохотой.
– Может, ты все же вернешься к себе в спальню? – потеряв терпение, поинтересовалась я в полный голос.
– Шшш! – генерал имел наглость сунуть мне под нос палец, вроде как молчи.
– Нас атакуют? – сбавила я тон, приподнимаясь на локте и настороженно озираясь. Полумрак комнаты немного разгонял слабо светившийся полукруг ночника на прикроватном столике.
Полезный артефакт все-таки, хочешь – фонарь, хочешь едва заметная лампочка.
В усадьбе стояла полная тишина. Где-то вдалеке поскрипывала от мороза ставня, полоса лунного света пролегла между окном и шкафом. Часть полосы отливала рыжиной – по небу неподалеку проходила массивная маглиния, истончавшаяся и исчезавшая ближе к Инхейму.
– Нет. Спи! – лаконично отозвался Эмберскейл.
Если он думал, что я смирюсь с ролью плюшевого мишки, то глубоко заблуждался.
Генерал неосмотрительно устроился на краю постели, а потому немного поднапрягшись, я скинула его на пол.
Дракон шмякнулся с глухим кхеканием, сел и обиженно на меня воззрился.
Я демонстративно завернулась в одеяло, как в кокон.