— Шарлотта, мы кажется договорились, — он мигом стал серьезным, — что я не стану тебя наказывать.
— Нет, мы не договаривались. Мы просто решили быть вместе, Эрик, — я убрала руки за спину, чтобы чуть откинуться назад, но передумала. — Точнее, ты сделал мне предложение и я его приняла. Но ты не обещал, что не станешь меня наказывать.
— И ты это приняла, — кивнул он.
Вряд ли под «приняла» мы имели в виду одно и то же. Руки я вернула на колени и теперь не знала, куда их деть.
— Я обещал, что сделаю все, чтобы ты была счастлива, — Эрик оттолкнулся от кровати (матрац слегка спружинил), и сел.
Я чувствовала, что он на меня смотрит, но не находила в себе сил к нему повернуться.
— И я это сделаю. Зачем мне наказывать тебя, если это делает тебя несчастной?
— А ты сможешь быть счастливым рядом со мной, если наказаний не будет?
Ну вот. Кажется, я все-таки это спросила. Запоздало, наверное, но сейчас мне действительно важно было услышать его ответ.
— Я счастлив каждую минуту, что ты рядом.
— Правда? — на глаза почему-то навернулись слезы.
— Правда, — он развернул меня лицом к себе. — Я счастлив, когда счастлива ты, Лотте.
— И… тебе точно не будет плохо, ну… из-за той внутренней тьмы, которая…
Я смотрела ему в глаза, ожидая ответа. Мне нужно было понять, что из-за меня ему не станет плохо. Что рядом со мной ему не приходится постоянно сдерживаться, и что потом это не вырвется в мир и не причинит ему вреда.
Эрик молчал долго, но потом все-таки произнес:
— После того случая в подвале я ни разу не чувствовал ее.
— Ни разу. Такого не случалось с того дня, как отец провел обряд замещения. Сколько я себя помню, она всегда была во мне, но сейчас ее нет.
— И она больше никогда не вернется?
— Не знаю. Но даже если вернется, я сумею с ней справиться. Ради нас.
Не дожидаясь ответа, он притянул меня к себе и поцеловал. Так мягко и упоительно-нежно, что все мысли вылетели из головы, а вернулись лишь когда он отстранился.
— Ты будешь читать письмо?
Его слова быстро спустили с небес на землю.
Письмо от леди Ребекки так и осталось нераспечатанным, я убрала его в тумбочку, и мне почти удалось о нем забыть. Почти, потому что когда мы ужинали, я старалась говорить о чем угодно, только чтобы не вспоминать конверт с тонким запахом ее духов, а во время занятий магией мне действительно удалось выбросить письмо из головы. Сконцентрировавшись на учебе, я ни разу о нем не вспомнила. Возможно, не вспомнила бы вообще, если бы не Эрик.
— Не хочу.