Апологеты рабства и интересы Севера объединяются в попытке удержать власть. Конфликт разворачивается вокруг борьбы за свободу и противостояния сил Римо, Чиуна и Дестроера. Интрига связана с судьбой Уоррена Мерфи и раскрытием тайн, которые скрываются от многих.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Цепная реакция» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Апологеты рабства и интересы Севера объединяются в попытке удержать власть. Конфликт разворачивается вокруг борьбы за свободу и противостояния сил Римо, Чиуна и Дестроера. Интрига связана с судьбой Уоррена Мерфи и раскрытием тайн, которые скрываются от многих.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ричард Сэпир Легкое чтение Боевики Детективы подборки серии
Апологеты рабства и интересы Севера объединяются в попытке удержать власть. Конфликт разворачивается вокруг борьбы за свободу и противостояния сил Римо, Чиуна и Дестроера. Интрига связана с судьбой Уоррена Мерфи и раскрытием тайн, которые скрываются от многих.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Мастер Синанджу знал, что людям свойственно руководствоваться эмоциями, а не разумом: если кто-то боится высоты – значит, и другие должны ее бояться; если сами они не могут забраться вверх по гладкой каменной стене – значит, и никто не может; если сами не в состоянии передвигаться бесшумно – значит, они обязательно должны услышать, как кто-то к ним приближается.
Такая крепость всегда оставалась незащищенной в середине. И тот, давний Мастер Синанджу вмиг сообразил, что нужно делать: он должен взобраться по наружной стене до этого этажа, где спал царь, и выполнить свою задачу. В тот год, как записано в летописях Синанджу, он получил от благодарного заказчика столько зерна и другой провизии, что ее хватило землякам Мастера на целых десять лет. Бюст того щедрого царя и поныне хранится на родине Синанджу, в деревне, давшей после этого миру много поколений Мастеров убийств. И никто из них с тех пор ни на минуту не задумывался о том, как проникнуть в охраняемую крепость.
Не думал об этом и Римо.
Он отыскал гостиницу и даже не дал себе труда окинуть ее взглядом. Владельцем гостиницы был Гастингс Виннинг, один из ведущих брокеров мира. Он занимал два верхних этажа. Римо не стал ломать голову, чтобы решить, на каком этаже он спит. Разумеется, на самом верхнем, на двадцать четвертом.
Принято думать, что чем выше этаж, тем он надежнее. Злоумышленник сначала обязательно попытается пойти снизу, а уже потом попробует путь сверху. Они обезопасили себя от парашютистов, вертолетов и даже воздушных шаров. И никому не приходит в голову, что кто-то может просто забраться вверх по гладкой отвесной стене.
Не желая тратить слишком много усилий, Римо поднялся до двадцать второго этажа на лифте и постучал в первую попавшуюся дверь.
– Кто там? – спросил женский голос.
– Насчет газа... Произошла утечка.
– Утечка газа? Но эта гостиница не газифицирована! У меня в номере нет плиты. Может быть, спросите на кухне?
– Теперь уже заги... зафигицирована, мадам, а это штука опасная. Мне нужно пройти через ваш номер и осмотреть наружную стену.
– Вы здесь работаете?
– Позвоните диспетчеру, мадам, – произнес Римо скучающим тоном, который в большинстве случаев срабатывает безотказно.
Женщина распахнула дверь. Ей было пятьдесят с небольшим. Лицо блестело от слоя жирного крема, выдававшего героические усилия удержаться хотя бы на прежних рубежах и не проиграть окончательно битву за убывающую привлекательность. На ней был развевающийся розовый пеньюар.
– Для вас – все, что угодно, – сказала женщина с недвусмысленной улыбкой.
При виде Римо она сразу оживилась и повеселела. Поправив рыжие волосы, она снова призывно улыбнулась ему и провела языком по накрашенным губам.
Сколько помады осталось у нее на языке, подумал Римо.
