Автор
Встреча с Дереком породила глубокий конфликт, когда героиня обнаружила темную правду о своих отношениях. Между ними возникает напряжение, вызванное неясными событиями и ощущением отравления. Возникает вопрос о том, есть ли противоядие этой ситуации.
Что это было? Какая-то корейская настойка?
– Рисовое вино Джуна, – ответил Митчелл. – Он готовит его по рецепту своей бабушки.
– Теперь, когда мне будет плохо, я буду пить рисовое вино.
– Когда тебе плохо, лучше говорить с людьми, – сказал Митчелл. – Ладно?
– Попробую. А теперь разворачивайся и поехали к тебе. Если у тебя правда есть отдельная комната и кровать.
– Есть. Не переживай ни о чем.
Не просто благодарность
Митчелл жил в Талла – юго-западном пригороде Дублина, в старом таунхаусе на окраине, и после дома Дерека его жилье показалось мне крошечным. Здесь не было трехметровых потолков, шикарной мебели на заказ, панорамных окон и дубового пола. В гостиной хватило место только для дивана, обеденного столика и полки с книгами. В маленькую кухню едва помещались холодильник и микроволновка. А ванную комнату моя мать назвала бы обувной коробкой.
Но наверно даже Хилтон в ту минуту не обрадовал бы меня так, как это место. Тут было немного не прибрано, во всем угадывалась легкая запущенность холостяцкого жилья, но тихо, спокойно, уютно. Пол у старого камина, прикрытого металлической задвижкой, был усыпан пеплом – значит, рабочий, и совсем недавно Митчелл разводил в нем огонь. Настенная лампа отбрасывала на пол круг теплого света. Прозрачная дверь вела на балкон, а за ней открывался вид на живописную пустошь, залитую лунным светом.
– Это конечно не те хоромы, в которых ты живешь, – сказал Митчелл, убирая мое пальто в шкаф у входа, – но, думаю, пару дней продержишься.
– Хоромы теряют свою привлекательность, если живешь с человеком, чью смену настроения боишься пропустить. Лучше уж домик лесника, чем замок ужасов.
– Лесник к твоим услугам, – улыбнулся Митчелл.
Я зашла в ванную комнату вымыть руки и заглянула в зеркало. Меня сейчас можно было выставлять на порог вместо декораций на Хэллоуин. Я выглядела бледной и потерянной, как привидение…
После я прошлась по гостиной, разглядывая узоры на каминной плитке. Мне действительно нравилось здесь. Единственное, что смутило, – спальня. Вернее то, что она была одна.
– Я посплю на диване, – объяснил Митчелл.
– Когда ты сказал, что у меня будет своя комната, я не думала, что тебе придется отдать мне свою. Теперь мне стыдно…
Митчелл достал из комода комплект чистого постельного белья, подошел ко мне и сказал:
– За что? Прекрати… Ты сможешь сама перестелить постель? Боюсь, я едва могу шевелить рукой.
Я перевела взгляд на его кисть. Ее так раздуло, что было страшно смотреть.
