– Да замолчите наконец, старая дура… Вы что, хотите скандала, хотите, чтобы маркиз д'Андижос уехал и увез с собой все подарки и обещания? У вас больше не будет ни пиренейских гранатов, ни сластей. Замолчите или я кулаком заткну вашу старую беззубую пасть…
Привлеченные шумом, из соседних сараев сбежались крестьяне и слуги. Анжелика увидела кормилицу, потом и отца, который, несмотря на то, что много выпил и не очень твердо держался на ногах, как хороший хозяин продолжал следить, чтобы ничто не нарушило праздника.
– Что это вы кричите, Жанна, словно вас щекочет сам дьявол?
– Щекочет, – задохнулась от возмущения старая дева. – Ах, Арман, я умираю.
– Но отчего, дорогая?
– Я пришла сюда, чтобы налить немножко вина. И в этом сарае увидела… я увидела…
– Тетя Жанна увидела какую-то тварь, – прервала ее Анжелика, – не то змею, не то куницу, она не разглядела. Право, тетя, вы зря так взволновались. Лучше вернитесь к столу, а вина вам принесут.
– Верно, верно, – заплетающимся языком поддакнул барон. – В кои-то веки, Жанна, вы захотели быть полезной и переполошили столько народу.
«Вовсе она не собиралась быть полезной, – думала Анжелика. – Она следила за мной. И выследила! С тех самых пор, как она живет в замке и сидит над своим вышиванием, как паук в паутине, она всех нас знает лучше, чем мы сами, она видит нас насквозь, читает наши мысли. Она пошла вслед за мной. И попросила старого Гийома посветить ей».
Ее ногти продолжали впиваться в дряблую руку толстой тетки.
– Вы меня поняли? – шепотом спросила она. – Если до моего отъезда вы скажете кому-нибудь хоть одно слово, клянусь, я отравлю вас. Я знаю такие травы.
Тетушка Жанна, закатив глаза, покудахтала еще немного. Но, пожалуй, больше, чем угроза, на нее подействовало упоминание о гранатовом ожерелье. Поджав губы, она молча последовала за своим братом бароном.
Чья-то рука грубо удержала Анжелику. Гийом резким движением стряхнул соломинки, которые застряли в ее волосах и на платье. Она подняла на него взгляд, пытаясь по выражению его бородатого лица угадать мысли старого солдата.
– Гийом, – прошептала она, – я хотела бы, чтобы ты понял…
– Мне нет нужды понимать, сударыня, – с оскорбительным высокомерием ответил он по-немецки. – Мне достаточно того, что я увидел.
Он погрозил кулаком в темноту и выругался, Анжелика вскинула голову и пошла к гостям. Сев за стол, она поискала глазами маркиза д'Андижоса. Свалившись со своего табурета, маркиз сладко спал на полу. Стол напоминал поднос с церковными свечами, когда они догорают и оплывают. Одни приглашенные ушли, другие уснули тут же, в гостиной. Но на лугу еще продолжались танцы.
Анжелика, напряженно выпрямившись, без тени улыбки на лице, сидела во главе свадебного стола.