В этот вечерний час вереницы лошадей, гонимые извозчиками, направлялись к водопою. Их тихое ржание слышалось в прозрачном вечернем воздухе. Уставшие за день, извозчики медленно распрягали лошадей.
Бросив последний взгляд на Нотр-Дам, Анжелика поднялась.
— Я должна пойти и посмотреть на своих сыновей, — решительно сказала она себе.
Паромщик за 20 сольди доставил ее в порт Святого Эндрю. Анжелика прошла по улице и остановилась в нескольких шагах от дома, где жил прокурор Фалло де Сансе. Она вовсе не хотела предстать в доме своей сестры в таком нищенском виде, в юбке, разорванной сбоку, в деревянных башмаках на босу ногу, с волосами, связанными в узел. Мысль о том, что, притаившись где-нибудь в уголке, она сможет хоть одним глазом увидеть своих крошек, придавала ей силы.
С недавнего времени эта мысль стала навязчивой идеей. Маленькое личико Флоримона появлялось, как из пропасти, в момент исступления, которое часто посещало ее со дня казни мужа. Она видела его красивые вьющиеся черные волосы, слышала, как он лепетал.
Сколько ему теперь лет? Наверное, немногим более двух.
А Кантор? Ему было семь месяцев. Анжелика не представляла его себе. Ведь она оставила его таким крошкой.
Опершись о стену лавки сапожника, Анжелика принялась рассматривать фасад дома. Год назад она приехала проведать сестру в золоченой карете. Именно отсюда она отправилась на триумфальный въезд короля. И Като ля Борше передала ей заманчивое предложение суперинтенданта Фуке.
— Соглашайтесь, дорогая моя! Это лучше, чем потерять жизнь.
Но она отказалась. И вот потеряла все. Анжелика спрашивала себя:
— Разве я не потеряла жизнь?
Сейчас у нее не было ни имени, ни прав, ни средств к существованию. Она попросту умерла для общества.
Шло время, но дом казался пустынным. Через грязные окна кабинета прокурора можно было различить силуэты клерков, сидящих за столами. Один из них вышел, чтобы зажечь фонарь перед входом в дом. Анжелика тихо подошла к нему.
— Скажите, пожалуйста, господин прокурор у себя или уехал в деревню? — спросила она неуверенным тоном.
Прежде чем ответить, клерк внимательно осмотрел свою посетительницу.
— Прокурор здесь больше не живет, — грубо ответил он. — Он оставил свой пост из-за неприятностей после процесса о колдовстве, в котором была замешана его семья. Он переехал в другой район.
— А вы не знаете куда? — с надеждой спросила Анжелика.
— Нет, — глухо ответил клерк. — Но если бы и знал, то все равно не сказал бы, ты не похожа на его клиентку.
Он вошел в дом и хлопнул дверью.
— Ходят тут всякие, — бормотал он, поднимаясь по лестнице.
Анжелике стало плохо, горький комок подкатился к горлу, она думала, что вот-вот зарыдает. Последнее время она жила мыслью хоть на секунду увидеть милые личики своих детей.