Цинковые мальчики — читать онлайн бесплатно полностью

А все очень хотели жить. Я допускал, что меня могут ранить, даже желал быть легко раненым, чтобы полежать, отоспаться. Но умирать никто не хотел. Когда двое наших солдат зашли в дукан, перестреляли семью дуканщика, забрали все, начался разбор. Сначала отказывались: это, мол, не мы. Нам притащили наши пули, которые извлекли из убитых. Стали искать: кот? Нашли троих: офицера, прапорщика и солдата. Но помню, когда в роте шел обыск, похищенные деньги искали, было чувство унижения: как это из-за них, из-за каких-то убитых афганцев, обыскивают? Состоялся трибунал. Двоих приговорили к расстрелу - прапорщика и солдата. Все их жалели. Из-за глупости погибли. Называли это глупостью, а не преступлением. Убитой семьи дуканщика как бы не существовало. Все разложено по полочкам... Только сейчас задумался, когда рассыпался стереотип... А ведь я никогда не мог без слез читать "Муму" Тургенева!

На войне с человеком что-то происходит, там человек тот или уже не тот. Разве нас учили: не убий? В школу, в институт приходили участники войны и рассказывали, как они убивали. У всех были приколоты к торжественным костюмам орденские планки.Я ни разу не слышал, что на войне убивать нельзя. Я знал, что судят только тех, кто убивает в мирное время. Они - убийцы, а в войну это именуется по-другому: "Сыновний долг перед Родиной", "святое мужское дел", "защита Отечества". Нам объяснили, что мы повторяем подвиг солдат Великой Отечественной. Как я мог усомниться? Нам всегда повторяли. что мы самые лучшие, если мы самые лучшие, то зачем мне самому думать, все у нас правильно. Потом я много размышлял. Друзья говорил: "Ты или сошел с ума, или хочешь сойти с ума". А я (меня воспитывала мама, человек сильный, властный) никогда не хотел вмешиваться в судьбу.

В "учебке" разведчики из спецназа рассказывали романтические истории. Тоже хотелось быть сильным, как они. Ничего не бояться. Наверное, я живу с комплексом неполноценности: люблю музыку, книги, а тоже хотел бы ворваться в кишлак, перерезать всем горло и легко, с бровадой хвастаться после. Но я помню другое... Как испытал панический страх... Ехали... Начался обстрел... Машины остановились... Команда: "Занять оборону!" Стали спрыгивать... Я встал... А на мое место подвинулся другой... Граната прямо в него... Чувствую, что лечу с машины плашмя... Медленно опускаюсь, как в мультике... А кусок чужого тела быстрее меня падают... Я лечу почему-то медленнее... Сознание все это фиксирует, вот что странно... Так, наверное, можно и свою смерь запомнить, проследить... Забавно... Упал... Как каракатица сползаю в арык... Лег и поднял вверх раненую руку... Потом выяснилось, что был ранен легко... Но я держал руку и не двигался...

Нет, сильного человека из меня не получилось... Такого, чтобы ворваться в кишлак, перерезать кому-то горло...