Ночью из засады мы слышали у них:
Мой друг уехал в Магадан.
Снимите шляпу, снимите шляпу!
Уехал сам, уехал сам,
Не по этапу, не по этапу.
Они смотрели в горах наши фильмы... О Котовском, о Ковпаке... Стоит в номере телевизор, магнитофон... Учились у нас воевать с нами...
Из карманов наших убитых пацанов я вытаскивал письма... Фотографии... Таня из Чернигова... Машенька из Пскова... Сделанные в провинциальных ателье... Все одинаковые... Наивные надписи на фото: "Жду ответа, как соловей лета", "Лети с приветом, вернись с ответом"... Лежали у меня на столе, как колода карт... Лица простых русских девочек...
Не могу вернуться в этот мир... Пробовал, ничего не получается... У меня тут поднялось давление... Недостаточная нагрузка... Бунтует адреналин в крови... Не хватает остроты ощущений, презрения к жизни... Врачи поставили диагноз: сужение сосудов... Мне нужен ритм, тот ритм, чтобы броситься к драку... Хочу и сейчас туда, но не знаю, что бы я там чувствовал... Разбитая, сгоревшая техника на дорогах... Танки, бэтээры... Неужели это все, что от нас там осталось?
Пошел на кладбище... Хотел обойти "афганские могилы... Встретила меня чья-то мать...
- Уходи, командир. Ты с сединой... Ты - живой... А мой сынок лежит... Мой сынок еще ни разу не побрился...
Недавно умер мой друг, воевал в Эфиопии. Посадил в той жаре почки. Все, что он узнал, ушло с ним. А другой товарищ рассказывал, как попал во Вьетнам... Встречал и тех, кто в Анголе был, в Египте, в Венгрии в пятьдесят шестом, в Чехословакии в семьдесят восьмом... Разговаривали между собой... Вместе на дачах редиску выращиваем... Рыбу удим... Я теперь пенсионер... В кабульском госпитале одно легкое удалили... А под Хмельницком есть госпиталь, там лежат те, от кого отказались родные... Кто сам не захотел вернуться домой... Мне пишет оттуда парень: "Лежу без рук, без ног... Проснусь утром и не знаю, кто я: человек или животное? Другой раз мяукать или лаять охота. Зажму зубы..."
Мне нужен ритм, тот ритм, чтобы драка была. Но я не знаю, с кем мне драться. Я уже не могу стать среди своих пацанов и агитировать: мы - самые лучшие, мы - самые справедливые. Но я утверждаю, что мы хотели такими быть. Но не получилось. Почему?.."
Майор, командир батальна.
"Мы перед Родиной чисты. Я честно выполнил свой солдатский долг. Слышал, читал: сейчас эту войну называют "грязной" А как быть с такими чувствами, как чувство Родины, народа, долга? Родина для вас пустой звук? Мы перед Родиной чисты...
Называют нас оккупантами. Что мы там захватили. что оттуда вывезли? "Груз двести" - гробы с нашими товарищами? Что приобрели? Болезни от гепатита до холеры, ранения, инвалидности? Мне не в чем каяться. Я помогал братскому афганскому народу. Убежден! Те, кто там со мной был, тоже искренние, честные ребята.