В 1994 году, когда Россия и Казакстан сходились в холодных драконах из ряда вон выходящей истории, туманы над Средней Россией наполнялись зловещим вирусом. Юные проститутки вынуждены были носить только короткую «вареную» юбку и майка — наряд, с которым приходилось не только зарабатывать, но и выживать в условиях безжалостной беглости....
Завладев чужой пятерней, он сломал на ней мизинец, а потом выгнул кисть так, что глаза противника сделались белыми от боли. Это был испытанный и простой прием, позволяющий конвоировать пленника. Стоило тому упереться немного, как Белов усилил нажим на лучезапястный сустав.
— Без глупостей, — сказал он. — А то, пока дойдем, останешься без обеих рук. Ни отлить, ни пожрать по-человечески. Тоска.
— Куда мы идем? — сдавленно спросил скрюченный «турист», когда Белов вывел его на всеобщее обозрение.
На шум и возню сошлось уже немало народу, и как минимум двое зевак уже достали мобильники, чтобы звонить в полицию.
— Спокойно, граждане, — произнес Белов, непроизвольно копируя интонацию Глеба Жеглова. — На ваших глазах задержан преступник. Где тут отделение полиции?
Ему подсказали и, не забывая манипулировать кистью «туриста», он погнал его в указанном направлении.
— Да тише ты! — прошипел «турист».
Вместо того чтобы ослабить хватку, Белов ее усилил. Видя перед собой коротко стриженную башку с прижатыми ушами, он злился на себя за то, что купился на столь дешевый трюк, как парик.
— Быстрей шагай, — прикрикнул Белов. — Ур-род!
Нельзя было испытытвать чувство жалости к побежденному врагу.
XIII
После того как полицейские аэропорта увидели визитку с автографом своего министра и услышали его голос по телефону, они взирали на Белова как на небожителя и были готовы выполнить любое его распоряжение.
Он сказал, что распоряжений не будет, зато есть одна просьба.
— Какая? — спросил рябой лейтенант полиции, который лучше прочих владел русским языком.
Белов показал глазами на «туриста», сидевшего в наручниках в углу кабинета.
— Убить его? — оживился рябой лейтенант.
Было ясно, что для него это занятие привычное и способное скрасить скучные полицейские будни.
Белов покачал головой.
— Нет, убивать не надо. Пока, — добавил он со значением.
— Угу, угу, — глубокомысленно закивали полицейские. — Пока.
У них был вид коршунов, которых отгоняли от падали.
— Я просто хочу узнать, кто он такой и кем послан следить за мной. — Белов показал пальцем на задержанного. — Узнать в кратчайшие сроки.
— Сделаем, — пообещал лейтенант, снимая с пояса дубинку. — Вы только, пожалуйста, отсядьте подальше, господин Белов. Чтобы одежду кровищей не забрызгать.
Двое других полицейских тоже взялись за дубинки.
