В 1994 году, когда Россия и Казакстан сходились в холодных драконах из ряда вон выходящей истории, туманы над Средней Россией наполнялись зловещим вирусом. Юные проститутки вынуждены были носить только короткую «вареную» юбку и майка — наряд, с которым приходилось не только зарабатывать, но и выживать в условиях безжалостной беглости....
Треск автоматов и суматошная поклевка пуль по железу спугнули степных птиц, взметнувшихся в небо. «Уазик» затормозил, дернулся, но так и остался стоять на месте, вздрагивая от града пуль. А вот водитель джипа, сориентировавшийся в обстановке, дал задний ход.
«Уходит», — понял Курбатов.
— Ухо-о-ди-и-ит! — с отчаянием прокричал он.
Из травы поднялся десантник и взмахнул рукой. Маленькое темное яйцо описало в воздухе дугу, ударилось о капот джипа и исчезло в яркой вспышке. Грохот взрыва ударил по ушам. Десантник беззвучно повалился на землю, попытался подняться и окончательно затих с пробитой головой.
Из джипа выпрыгнули двое. Один успел дать автоматную очередь, после чего подорвался на второй гранате. Второй упал ничком, закрыв голову руками и что-то выкрикивая по-казахски. Это был полковник.
XIII"
"Стрельба прекратилась так же внезапно, как началась. Держа полковника на мушке, Курбатов направился к нему. Двое десантников, пригибаясь, подбежали к джипу и, распахнув дверцу, отпрыгнули с автоматами на изготовку.
Подойдя ближе, Курбатов почувствовал запах дыма, бензина и теплых человеческих внутренностей.
— Двоих наших положили, — сказал десантник с рассеченной бровью. Не ощущая боли, он машинально слизывал кровь, стекающую из раны.
— Это не я, — быстро проговорил Хакимов, подняв голову, — я не стрелял.
И действительно его пистолет так и остался в кобуре.
Курбатов перевел взгляд на трупы, валяющиеся вокруг машин. Посмотрел на слегка задетого десантника, потом на второго.
— Пригони машину, — сказал он.
Когда парень побежал к автомобилю, спрятанному в балке, Курбатов обратился к десантнику с окровавленным лицом.
— Добей всех, — велел он. — По пуле в башку каждому.
— Алибаев, кажется, еще дышит.
Десантник посмотрел на товарища, который остановил джип гранатой.
— Я и говорю, — кивнул Курбатов. — Добить надо.
Полковник уронил лицо на дорогу и расплакался.
— Не понимаю, — рыдал он. — За что? Что я вам сделал?
— Не ссы, — сказал ему Курбатов. — Живой ведь? Ну и не ной.
Полковник замолчал, вздрагивая всякий раз, когда раздавался контрольный выстрел. Зад его штанов сделался мокрым.
Курбатов приставил дуло автомата к затылку Хакимова.
