– В комнате?!
– Нет, зашла за халатом. Ты купил скраб?
– Да.
– Будь другом, положи его на раковину.
– Николетта, ты здорова?
– Совершенно. А почему ты спрашиваешь?
– Да так, – я постарался уйти от ответа."
"Ну не говорить же маменьке правду: ты всегда обращаешься со мной по-хамски, а сейчас стала вдруг любезной.
Взяв скраб, я отправился в ванную и снова удивился. На столике, где обычно теснятся всякие шампуни, сейчас обнаружились: пакет кефира, лимон, пачка соды, бутылка уксуса и средство для мытья посуды. Впрочем, ничего шокирующего в этом наборе нет, но почему это все находится не на кухне, а в ванной?
– Поставил скраб? – спросила Николетта, выходя в коридор.
Я ответил:
– Да, – и тут я взглянул на маменьку и обалдел.
Она походила на монаха времен инквизиции. Длинный, до пят, халат, голову окутывал капюшон, низко спускавшийся на лицо.
Николетта быстрой тенью скользнула в ванную. Я отправился к себе, лег на кровать, взял книгу, но углубиться в приключения Ниро Вульфа и Арчи не успел. По коридору забегали Николай, Вера, Тася и Ленка. Отчего-то они переговаривались шепотом, потом резко запахло лаком, послышался звон, вскрик, затем рыдания и голос Николетты:
– Нет, это ужасно!
Я не выдержал, высунулся из своей спальни и увидел всех домашних возле двери в ванную.
– Что у нас происходит?
– Э… э… – залепетал Николай, – так…
– Готовим лекарство, – лихо соврала Вера.
– Отдыхай, Ваняша, – попыталась избавиться от меня Тася, – ты устал, поди ляг, поспи, утро вечера мудренее, авось обойдется.
Я почувствовал себя самодуром-барином, от которого дворня, опасаясь царского гнева, усиленно скрывает какую-то неприятность.
– Немедленно говорите, что стряслось!
– Ну…
– Э…
– Да…
Мне стало совсем не по себе. Всегда весьма говорливые домочадцы сегодня по непонятной причине лишились дара речи. Но тут дверь в ванную распахнулась, и появилась Николетта, по-прежнему от макушки до пят укутанная в халат. Я слегка успокоился. Маменька вполне бодро самостоятельно передвигается, остальные тоже выглядят нормально.
– Что, – неожиданно спросила Вера. – Помогло?
Вдруг Николетта трубным голосом возвестила:
– Ваня! Ты скоро станешь сиротой.
Я попятился.
– С какой стати?
– У меня смертельная болезнь!
Сердце перестало биться в тревоге. Слава богу, все выяснилось! Николетта сейчас разыгрывает любимую комедию под названием «Преждевременная кончина юной девушки». Николай, Вера и Ленка впервые столкнулись с подобным представлением и перепугались. Странно только, почему Тася, регулярно вот уже на протяжении многих лет наблюдавшая эти «антрепризы», стоит сейчас с пришибленным видом.
– Очень жаль, что ты занедужила, – приступил я к исполнению своей роли, – немедленно ложись в кровать, я вызову врача.
– Нет.
Я удивился.