— Ыхы, — сказал мертвец. Mara поморщилась от постепенно усиливавшегося трупного праха, который скапливался на каждом шагу. Ночевать снова казалась не избежатьем: денег едва хватило бы на ужин, а вот ночлег означал бы потерю еще одного драгоценного копеечка.
— Бьярн, держись!
Мара была уверена в напарнике, надо вначале помочь Альфу. Она забежала сзади, дотронулась до затылка шатуна и крикнула:
— Умри!
Голубая вспышка. Ноги мертвеца подломились, и он грузно упал на землю. Минус один. Мара ощутила легкое головокружение, как это всегда бывает, когда отдаешь часть силы, но расслабляться рано.
Бьярн, пока она расправлялась с мертвецом, атаковавшим Альфа, сумел освободить меч и разрубил бывшего наемника на куски. Минус два.
Краем глаза Мара увидела, как из-за деревьев выбегают сыновья Альфа, в руках ножи.
Горсть земли. Вспышка.
— Умри!
Минус три.
Защитный экран слетел с Мары, и теперь в ней тоже почувствовали добычу. Голова шла кругом, лес качался. Так, соберись, Мара! Соберись! Ты профессионал!
Краем глаза Мара увидела, что Бьярн расправился еще с одним. Оставалось двое. Купец и тот самый парнишка-некромант. Бестолковое семейство, к которому она имела глупость наняться, вчетвером кружили вокруг купца, но так и не могли его уложить.
Мара втянула воздух сквозь сомкнутые зубы, пытаясь прийти в себя. Прижала безымянный палец левой руки к ладони, задействуя неприкосновенный запас сил. Если не рассчитает, вложит в заклятие чуть больше, чем у нее есть, — сердце остановится.
— Пропустите, — прохрипела она, отталкивая с дороги Руфуса.
Шатун, воя, кинулся вперед, но наткнулся на синюю вспышку.
— Умри!
Пятеро. Мара рухнула на колено, стараясь не потерять сознание. Прямо на нее шел парнишка-некромант. На лице застыло печальное выражение. И тут он раскрыл рот, полный окровавленных обломанных зубов, и захрипел, чувствуя живую кровь. Мара наблюдала за ним, будто во сне. Ни встать, ни попытаться защитить себя она уже не могла.
Шатун наклонился, целясь в шею, и Мара зажмурилась, готовясь к неизбежному.
